Update site in the process

   Главная  | О журнале  | Авторы  | Новости  | Вопросы / Ответы


К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №5 - 2011

Автор: Некрасова Евгения Владимировна

Проблема духовно-нравственного становления личности имеет чрезвычайную значимость и ставит перед психологией сложные и важные вопросы, имеющие огромную теоретическую и практическую значимость: как прирастает “собственно человеческое в человеке”, каков генезис системы “вершинных” смыслов?

Идеи культурно-исторической психологии развивает системная антропологическая психология, которая вобрала в себя все, что сделано в рамках теории психологических систем, и которая может быть понята как один из вариантов развития идей Л.С. Выготского в рамках постнеклассической психологии, предвестником которой он и был [1]. Предметом поснеклассической науки являются сложные “человекоразмерные” (термин В.С. Степина) открытые саморазвивающиеся системы. В системной антропологической психологии человек как психологическая система рассматривается в динамике жизнеосуществления, в его открытости в мир и к самому себе. В данном подходе последовательно реализуется идея многомерного мира человека, который неотрывен от самого человека, является его органической частью, максимально представляющей самое человеческое в нем. Предназначение психики изменять мир так “чтобы можно было действовать”, “субъективно искажать действительность в пользу организма”, констатируемое Л.С. Выготским, в своей развитой форме в рамках системной антропологической психологии как варианта позитивной психологии приводит к следующему положению: многомерный мир человека есть динамический системный конструкт, особая психологическая реальность, имеющая совмещенную (субъективно-объективную) природу, в которой конституирует себя пространственно-временная (хронотопическая) развертка бытия человека, понимаемого в качестве открытой системы [2]. Человек как открытая психологическая система включает в себя субъективную компоненту (образ мира), деятельностную компоненту (образ жизни) и саму действительность – многомерный жизненный мир человека как онтологическое основание его жизни, определяющий сам образ жизни и определяемый ею. Образ мира, составляющий для человека его действительность, является идеальной конструкцией, отражением в сознании не всей (в себе и для себя) существующей объективной реальности, а только той ее части, которая является носителем системных (субъективных и объективных одновременно) качеств. Под образом жизни понимается совокупность сменяющих друг друга деятельностей в ходе развития человека в его действительности.

Многомерный мир человека не есть некая исходная определенность, предзаданность, которая не имеет ни культурно-исторической, ни социально - деятельностной обусловленности, которая предполагает несвободу человека. Он образуется (становится) в соответствии с развитием системы, активность которой не только зависимая, но и задающая переменная. При взгляде на человека как психологическую систему противоположности (субъективное и объективное) сосуществуют в сложном, но вполне упорядоченном системном единстве, в силу чего многомерный мир оказывается частью самого человека, его продолжением, его “истинным телом”. Процесс онтогенетического развития понимается как постепенное усложнение системной организации, проявляющееся в возникновении и становлении многомерного мира человека; с появлением определенных мерностей в усложняющейся психологической системе она (система) становится все более автономной, независимой и суверенной, а значит открытой навстречу новому [1]. Сознание рассматривается как система новообразований, возникающих в самоорганизующейся психологической системе “ребенок-взрослый” и порождающих в становлении сознания ряд этапов, адекватных усложнению жизненного мира, который образуется как постепенное, упорядоченное обретение им новых измерений.

В процессе становления сознание проходит три закономерных этапа – предметное сознание, смысловое сознание и сознание ценностное, за каждым из которых “стоят разные по своей сложности (мерности) миры человека, закономерно сменяющие друг друга” [1, с. 85]. Психологическая система “ребенок-взрослый” превращает “объективную реальность” (мир без человека) в категоризованный значениями предметный мир (как основание предметного сознания). Предметный мир далее превращается в реальность, наполненную смыслами, переживаемую человеком в ее данности ему “здесь и сейчас”. Смыслы есть особые качества предметов, системные и внечувственные, без них предметный мир не может стать реальностью, которая переживается как нечто соответствующее актуальным потребностям и возможностям ребенка. Переход ребенка от предметного сознания к смысловому осуществляется посредством его собственной деятельности и деятельности посредников (взрослых), продолжающих устанавливать связь ребенка с культурой. Прохождение в сознание предметов мира, имеющих для человека смысл и ценность, обеспечивают эмоции. С обретением смысловых измерений (и смыслового сознания) мир ребенка 11,5-12 лет превращается в достаточно устойчивую, благодаря ценностным координатам, “действительность” – расширяющееся, переживаемое как реальность, т.е. существующее “здесь и сейчас” пространство для жизни и развития. Это пространство сближает человека с другими людьми по причине определенной тождественности их миров, определяющейся единым источником – культурой, из которой ценности “вычерпываются”. Ценностные координаты жизненного мира человека делают его соизмеримым не только с другими людьми, но и с самим собой возможным, так как ценность, будучи системным качеством, есть “напряженная возможность”. С момента возникновения достаточно устойчивой действительности у ребенка актуализируется потребность в самореализации, саморазвитии и он начинает впервые по-настоящему осознавать не только “хочу!”, но и “могу!”. Посредством жизненного мира человек получает возможность воздействовать на самого себя (самодетерминация) в плане организации и адаптивного (потребности), и сверхадаптивного (возможности) поведения.

Самоорганизация не есть принятие чужого образа жизни, к которому надо только приспособиться, адаптироваться, она есть активное созидание нового образа жизни, включающее процесс конструирования, переконструирования собственного жизненного мира, в рамках которого учитываются результаты духовной работы (новые смыслы и ценности) и новые условия жизни, новые формы, способы поведения. Изменение образа жизни, происходящее одновременно с изменением структуры и содержания жизненного мира человека, есть переход из одного в другой тип поведения. Постоянное противоречие между образом жизни и качеством многомерного мира является источником развития человека, движущей силой развития, превращающей его в упорядоченный процесс становления.

Человек конструирует собственный многомерный мир, который хронотопичен. Хронотоп выступает как динамично развивающееся ценностно-смысловое пространство человека, имеющее свое прошлое, настоящее, будущее; он динамичен, подвижен, возникает в активности индивида, взаимодействующего со средой, и эта активность распределяется “внутри” пространства и времени бытия человека, порождая его собственные пространство и время [2]. Важнейшая характеристика хронотопа – смысл, или смысловое “время-пространство”. Смысл объективирует трансспективу – общее направление жизнеосуществления человека, который в процессе свободного выбора, понимания и “поступания” (М.М. Бахтин) открывает собственные возможности, самого себя, определяет свое место в мире, восходя к ценностям и сохраняя таким образом психологическое содержание хронотопа (его целостность). Открытие смысла придает настоящему качество полноты существования и обеспечивает связь с историей. Взаимодействие (следствие соответствия), обладая порождающим эффектом, производит смысл, который выступает для человека и в форме актуально переживаемого “здесь и сейчас” (настоящее), и в качестве сигнала о соответствии, появлении в пространстве внешнего “своего”, которое пока еще не стало “своим”, не персонифицировано, но уже предполагает будущее. В смысле, который всегда “больше самого себя”, содержится незапланированный продукт, за которым возможность, еще не ставшая необходимостью. Задача человека увидеть в побочном, “случайном” продукте самого себя, свои потенциалы, увидеть в нем основание для самореализации, обогащения своего жизненного мира, выхода из настоящего в будущее. Открытие “соответствия” себя полученному “случайному” продукту является причиной самотрансценденции, нормотворчества.

Воспроизводство жизни предполагает работу по извлечению смыслов, “внутренние акты” смыслообразования, труд порождения реальности, в которой можно жить осмысленно. Решение ценностно-смысловых задач осуществляется на “перевалах” (“зазор”, “перерыв”, “место остановки”) жизненного пути, где человек занимает некоторую позицию, определяющую взгляд на ситуацию. Сама позиция, в свою очередь, определяется жизненным миром человека. Понятие “трансспектива” предполагает взгляд на “зазор” жизненного пути как место пересечения, “перетекания” индивидуального и социального времен, место, где проявляет себя тенденция усложнения человека как системной организации. Во встрече-“перетекании” индивидуального и социального времен, ретроспективы и перспективы открываются возможности для человека посредством смыслопорождения осуществить выход “за пределы” самого себя, ситуации к продуктивно-сверхадаптивой самореализации как формы самоорганизации. В этой встрече происходит превращение, изменение и преодоление наличного жизненного мира, рождается и проявляется субъектность действующего, которому является его “жизненный состав”. Такое преодоление неизбежно есть кризис большей или меньшей степени интенсивности. Субъектность проявляется в овладении собой, своим поведением через преодоление сложившихся, реактивных, “мешающих” становлению форм поведения. Личность – становящееся качество психологической системы, качество, ответственное за ее самодвижение, ее “безразмерность”. Обретая способность к саморазвитию, становясь суверенной личностью, обладающей всей полнотой координат многомерного мира, человек получает возможность осуществлять самостоятельные выходы в культуру и взаимодействовать с ней без посредников, “вычерпывая” из нее то, что ему необходимо для сохранения и развития собственного мира (т.е. самого себя); человек получает возможность менять образ жизни, расширяя тем самым собственное жизненное пространство.

В трансспективном видении за понятием “жизненный мир человека” стоит, таким образом, история становления “собственно человеческого в человеке”, история человека как субъекта своего жизнеосуществления. Трансспектива развития жизненного мира совпадает с процессом суверенизации человека, все более выраженной по мере обретения жизненным миром человека новых системных качеств (значений, смыслов, ценностей). Идентичность в процессе образования многомерного мира человека выступает как процесс в той или иной степени успешного решения жизненно значимых проблем: человек, самоопределяясь, поддерживая и формируя свою идентичность, формирует тем самым и образ жизни, скрепляя и динамизируя его через реконструкцию элементов или достаточно выраженное существенное их изменение. Смыслы и ценности являются базой для конструирования человеком своего экзистенциального пространства, ими задается направленность его жизнеосуществления. Ценности, будучи нереализованными возможностями, требующими своей реализации, определяют позицию человека, проявляющуюся в его образе жизни. Продляя себя в любую жизненную сферу, человек наполняет ее своей субъективностью и привносит тем самым изменения в культуру и свой жизненный мир. Иначе говоря, становление жизненного мира выступает как расширение возможности и качества присоединения, присвоения, преобразования человеком культурного наследия человечества.

Сказанное выше позволяет считать, что сущность нравственного воспитания состоит в превращении ценностей из идеальной формы в личностные ценности, результат же нравственного воспитания зависит от понимания взрослым механизмов этого превращения. Культура изначально не доступна для ребенка, не тождественна ему, он не может взаимодействовать с ней один на один. Взрослый для ребенка – органическое продолжение его самого, ответственный орган жизнедеятельности. Сегодня становится все более понятным, что взрослому во взаимодействии с воспитанником необходимо занять позицию посредника, который не транслирует ему культуру и поддерживает его при взаимодействии с ней, а организует акт встречи воспитанника с культурой, делая при этом те или иные избранные ее (культуры) элементы соответствующими ему, имеющими для него смысл и ценность. Важнейшая задача при этом состоит в формировании у ребенка целостной (системной) ценностно-смысловой картины мира, которая невозможна вне системного и смыслового жизненного пространства. Именно такая позиция, реализуемая средствами смысловой педагогики, есть позиция “развивающего образования”, которое есть становление человека в образовательном процессе и развитие культуры в этом же процессе. Культура, ценности не передаются воспитаннику, не усваиваются им, они трансформируются в одно из измерений многомерного мира, превращая его в жизненный мир – подлинное пространство жизни, в котором можно жить и действовать как суверенная личность, понимая смысл и ценность своих действий, саморазвиваясь в процессе самореализации. Воспитание (обучение), чтобы быть гуманистическим и эффективным, должно соответствовать системной природе человека, продленного в мир и формирующего через эту продленность свое жизненное пространство, в котором (и через которое) можно самоосуществляться, внося преобразования в культуру.

ЛИТЕРАТУРА

1. Клочко В.Е., Галажинский Э.В. Психология инновационного поведения. – Томск: Томский государственный университет, 2009. – 240 с.

2. Некрасова Е.В. Пространственно-временная организация жизненного мира человека: Автореф. дис. … докт. психол. наук. – Барнаул, 2005. – 47 с.



К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №5 - 2011


 © 2017 - Вестник КАСУ