Update site in the process

   Главная  | О журнале  | Авторы  | Новости  | Вопросы / Ответы


К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №3 - 2005

Авторы: Мерсиянова А.П., Жердева Т.С.

Среди форм отклоняющегося поведения наиболее серьёзным на сегодняшний день является употребление алкоголя и наркотиков в подростковом возрасте. В настоящее время данная проблема приобрела значение государственной важности, что обусловлено, во-первых, стремительным ростом числа вовлечённых в употребление алкоголя и психоактивных веществ, а, во-вторых, теми проблемами, которые являются средством асоциального поведения: совершение подростками преступлений, развитие соматических заболеваний, снижение интеллектуального уровня, ухудшение генофонда в целом.

По данным областного наркологического диспансера, на октябрь 2004 г. зарегистрировано подростков, употребляющих ПАВ – 1070, в том числе, до 14 лет – 90. Несовершеннолетних, употребляющих спиртные напитки – 858, в том числе подростков – 815 (с диагнозом «алкоголизм» - 63, эпизодически употребляющих – 752).

Постоянный рост только официальной статистики показывает необходимость изучения процесса алкоголизации и наркотизации подростков. На начальном этапе это эпизодичное употребление алкоголя и ПАВ, что в дальнейшем часто перерастает в зависимость. На этапе сформировавшейся зависимости лечение и коррекция редко дают желаемый результат. Соответственно, работу с подростками необходимо проводить еще до первой пробы. В связи с этим, необходима информация о возможных мотивах употребления алкоголя и ПАВ у подростков.

В данном исследовании мы рассматриваем употребление алкоголя и ПАВ не как зависимость, а как девиантную форму поведения.

Анализ девиантных форм поведения в подростковом возрасте целесообразно начать с выделения некоторых психологических особенностей подростков.

Существенные изменения, по данным В.С. Мухиной, происходят во всех сферах личности подростка. Серьезные сдвиги происходят в познавательной сфере. Е.П. Ильин, обобщая работы исследователей в области эмоциональной сферы подростков, приводит следующие ее характеристики. Подростковый возраст обычно характеризуют как период повышенной эмоциональной возбудимости. Подростки отличаются вспыльчивостью, страстностью. Они подвержены частой смене настроения, повышенной аффективности поведения. Некоторые особенности эмоциональных реакций переходного возраста коренятся в гормональных и физиологических процессах. Физиологи объясняют подростковую психическую неуравновешенность и характерные для нее резкие смены настроения, переходы от экзальтации к депрессии и от депрессии к экзальтации нарастанием в пубертатном возрасте общего возбуждения и ослаблением всех видов условного торможения. Некоторые эмоциональные реакции, которые у взрослого были бы симптомом болезни, для подростка статистически нормальны. Подросткам свойственна устойчивость эмоциональных переживаний, в частности, они долго не забывают обиды. Кроме этого, В.Н. Кисловской отмечена повышенная тревожность, по сравнению с другими возрастными периодами. Данный факт связывают с появлением интимно-личностных отношений, со страхом показаться смешным, с еще несформировавшейся способностью принятия себя. Чувства подростка очень противоречивы: он, несомненно, любит родителей, но при этом во время конфликта начинает испытывать к ним чувство ненависти.

Половое созревание существенно изменяет потребностно-мотивационную сферу. Ведущим мотивом становится общение.

По данным И.С. Кона и А.В. Мудрика, типичными чертами личности подростка является стремление к новизне, к оригинальности поведения (иногда отклоняющегося), желание понимать, достигать, бороться, утверждаться, пытаться изменить существующую систему оценок и взглядов, принятых в среде ближайшего окружения. Нередко это становится залогом девиантного поведения.

Классики возрастной психологии говорят о том, что подростковый период характеризуются заострениями и противоречиями характера, в этот период сильно обостряется самоанализ и самооценка, появляется потребность в личностном и профессиональном самоопределении. Главенствующими являются мотивы самоутверждения, которые оказывают влияние на учебную и общественную деятельность подростка. В качестве новообразования указывают на возникающее в подростковом возрасте «чувство взрослости», которое во многом определяет поведение подростков.

Чувство взрослости представляет собой, главным образом, новый уровень притязаний, предвосхищающих будущее положение, которого подросток фактически еще не достиг. Отсюда типичные возрастные конфликты и их преломление в самосознании подростка. В целом, это период завершения детства и начало «вырастания» из него. Впервые в подростковом возрасте появляется потребность самопознания, подросток начинает искать для себя кумира, на которого он хотел бы походить. И если рядом с ним нет подобных людей, он может придумать его.

Повышенная конфликтность, особенно в отношениях с взрослыми, родителями, учителями, которая нередко проявляется в подростковом возрасте, объясняется не только органическими изменениями, но и тем, что меняется вся система отношений подростка и со взрослыми, и со сверстниками. «Мораль подчинения», которая раньше характеризовала отношения ребенка с взрослыми, вследствие обостренного чувства взрослости, подросток стремиться изменить на «мораль равенства». Стремясь избавиться, отстраниться от оценки и влияния взрослых, подросток стремится и становится весьма критичным по отношению к родителям, начинает обостренно чувствовать и замечать их недостатки, подвергать сомнению советы и мнения, высказывания старших. Возникает достаточное количество поводов для возникновения острых конфликтов и столкновений между взрослыми и подростками в семье.

Таким образом, период подросткового возраста – один из наиболее сложных в социальном и психологическом отношении. В качестве наиболее серьезной проблемы данного возраста выделяется девиантное, отклоняющееся поведение.

Употребление алкоголя и психоактивных веществ относят к отклоняющемуся поведению, получившему название «девиантное поведение».

Девиация (от позднелат. deviatio - отклонение) - в социальных науках девиация, девиантное поведение, обозначает поведение, нарушающее общепринятые в данном обществе нормы и правила (правонарушения, преступность, алкоголизм, наркомания).

Несмотря на некоторые различия, проблемы употребления алкоголя и наркотиков – это во многом схожие виды девиантного поведения.

По мнению многих авторов, в основе формирования зависимости, как алкогольной, так и наркотической, лежит один механизм. И, в конце концов, злоупотребление спиртным и психоактивными веществами ведет к деградации личности.

В рамках данной работы особый интерес представляют мотивообразующие факторы. Э. Фромм рассматривает употребление наркотиков как частный случай культа потребительства среди молодёжи, следовательно, мотивом приобщения к наркотикам служит стремление «потреблять счастье» как товар. А.Е. Личко и В.С. Битенский использовали классификацию мотивов, которую В.Ю. Завьялов разработал для алкоголиков, выделяя вслед за ним и следующие группы мотивов:

1) социально-психологические мотивы: мотивы, обусловленные традициями и культурой; субмиссивные мотивы, отражающие подчинение давлению других людей или референтной группы; псевдокультурные, как стремление подростка приспособиться к «наркотическим ценностям» подростковой группы;

2) потребность в изменении собственного состояния сознания: гедонистические мотивы; атарактические мотивы; мотивы гиперактивации поведения;

3) патологическая мотивация, связанная с наличием абстинентного синдрома и патологического влечения к наркотику.

При многократном применении наркотические вещества вызывают физическую и психологическую зависимость человека, когда человек уже не может существовать без этих веществ. Проблема зависимости не исследуется в данной работе, однако при рассмотрении проблемы мотивации употребления алкоголя и психоактивных веществ, нельзя не затронуть вопрос о формировании зависимости.

В работе Л.А. Сухинской и Э.А. Татаревского предложена схема развития алкогольной зависимости.

Предалкоголизм включает следующие этапы:

1) первая проба спиртного;

2) случайное употребление алкоголя;

3) систематическое пьянство;

4) привычное пьянство.

После преодоления границы заболевания человек постепенно переходит с первой стадии алкоголизма на третью.

Итак, употребление алкоголя и психоактивных веществ является формой девиантного поведения. Ознакомимся с работами, посвященными изучению данной проблемы в подростковом возрасте.

Психологическими исследованиями, проведенными под руководством А.Е. Личко, установлены корреляции между особенностями заострений характера у подростков и отклоняющимся поведением: правонарушениями, сексуальной патологией, вредными привычками, никотиноманией.

Так, гипертимные подростки склонны к групповым формам делинкветного поведения. Они пытаются лидировать среди асоциальных сверстников из легкомыслия, жажды развлечений, получения удовольствия. Гипертимы проявляют интерес не только к бытовому пьянству, но и к широкому кругу дурманящих средств. Циклоиды не склонны к нарушению поведения и могут проявлять склонность к алкоголизации лишь в период подъема настроения. При астено-невротической акцентуации ни делинквентность, ни алкоголизация, ни побеги из дома не встречаются, так же как и у сенситивных акцентуантов. В последнем случае, если и наступает алкогольное опьянение, то алкоголь не веселит и не помогает контактам, а даже, наоборот, может вызывать депрессивную реакцию с ощущением и переживанием собственной неполноценности. По наблюдению А.А. Вдовиченко, шизоидные подростки, склонные к правонарушениям, действуют в одиночку. Эпилептоидные дают эффективные разряды, как правило, в период дисфории. Алкогольное опьянение сопровождается дисфорическими и амнестическими расстройствами, а также чрезмерным возбуждением. У истероидных акцентуантов алкоголизация носит, как правило, демонстративный характер.

В ходе исследования удалось выявить, что сами подростки в качестве ведущего мотива употребления алкоголя указывают на то, что это «позволяет выглядеть старше», ссылаются на «престижность» такого поведения. Кроме этого, употребление алкоголя позволяет выразить свой протест («потому что мне запрещают») и облегчает общение со сверстниками. При употреблении наркотиков акцент ставится не столько на социальных факторах, сколько на субъективных эмоциональных состояниях: «желание получить удовольствие», «стремление уйти от реальности», «желание снять стресс».

Кроме детального анализа мотивации приобщения к употреблению алкоголя и наркотиков, В.С. Собкин со своими сотрудниками выявил гендерные различия в реализации данных форм девиантного поведения, а также предположил, что имеет место возрастная динамика изменения мотивации.

В качестве главного мотива употребления психотропных веществ Н.Ю. Максимова называет стремление изменить свое психическое состояние. Данный мотив «лежит» на поверхности, соответственно проблема детерминации аддиктивного поведения кроется глубже. По мнению автора, найти причины алкоголизма и наркомании у подростков – это значит ответить на вопрос: почему они хотят изменить психическое состояние искусственным (химическим) путем?

При этом очень важно помнить, что ни один из факторов не является основополагающим, решающим. Даже некоторая совокупность факторов ничего не предопределяет однозначно: сложные жизненные обстоятельства, неправильное семейное воспитание, низкий общеобразовательный и культурный уровень окружающей социальной среды влияют на многих детей, однако далеко не все подростки, поставленные в такие условия, становятся алкоголиками или наркоманами.

Итак, в работах современных авторов просматриваются различные подходы к проблеме мотивации употребления алкоголя и психоактивных веществ. Одни исследователи в большей степени ориентированы на изучение «знаемых» причин аддиктивного поведения, другие ищут более глубокие основания (психологические причины).

В целом, анализ психологических характеристик подростков и форм девиантного поведения, изученного рядом авторов, показал, что, во-первых, подросток в силу свойственной ему противоречивости наиболее уязвим к воздействию алкоголя и психоактивных веществ, которые позволяют компенсировать характерные для данного возраста переживания. Во-вторых, социально-психологическая ситуация современных подростков способствует усвоению алкогольной традиции, важное в которой – постулирование способности алкоголя снимать напряжение и создание с помощью алкоголя праздничного настроения.

Теоретический анализ показал, что при изучении мотивации употребления алкоголя и ПАВ необходимо учитывать, что существуют мотивы, как бы лежащие на поверхности («употребляю потому, что друзья делают это»). Но, с другой стороны, наибольший интерес представляют именно внутренние детерминанты подобного поведения, или можно сказать, какие личностные особенности способствуют принятию решения об употреблении алкоголя или психоактивного вещества. В нашем исследовании мы не будем ограничиваться выявлением непосредственных, «знаемых» причин, которые, по мнению подростка, «толкнули» его на употребление алкоголя или наркотика.

Обстоятельства употребления ПАВ и алкоголя мы изучали с помощью анкеты «Мотивы употребления алкоголя и ПАВ», применяемой в Областном наркологическом диспансере ВКО.

Личностные особенности подростков мы рассматривали с помощью следующих методик:

1) тест «Исследование уровня субъективного контроля» (Дж. Роттер) является личностным опросником, предназначенным для диагностики интернальности-экстернальности.;

2) «Методика определения доминирующей личностной направленности подростка» (И.Д. Егорычева);

3) методика «Рисунок несуществующего животного» (РНЖ). Одна из наиболее информативных рисуночных методик. Относится к классу проективных. Методика предложена М.З. Друкаревич.

В эмпирическом исследовании данные по выборке подростков сравнивались с данными по выборке юношей, что позволило выделить некоторые особенности мотивации употребления алкоголя и ПАВ в подростковом возрасте.

Юношеский возраст отличается качественно от подросткового, следовательно, потребностно-мотивационная сфера будет характеризоваться своеобразием. Таким образом, в исследовании принимало участие две группы: подростки (экспериментальная) и юноши (контрольная). Экспериментальную группу составили 30 учащихся 1-го курса, контрольную – 30 учащихся 3-го курса. Средний возраст испытуемых экспериментальной группы – 15,2 лет, испытуемых контрольной группы – 18,7 лет. Обследование проводилось анонимно, участники эксперимента были заверены в том, что в отчете об исследовании не будет указано их место учебы, а бланки с ответами будут уничтожены. Исследование проведено на базе одного из ПТШ г. Усть-Каменогорска.

Различия в процентных соотношениях подтверждались таким методом статистического анализа, как многофункциональный критерий *-критерий (угловое преобразование Фишера). Различия по методикам, направленным на изучение личностных особенностей, проверялись с помощью t-критерия Стьюдента.

Ознакомимся с результатами сравнительного анализа данных по анкете «Мотивы употребления алкоголя и ПАВ».

В группе подростков, в общей сложности, практически у половины родители и прародители употребляют алкоголь, в группе юношей процент несколько больший, но это может быть связано с тем, что подростки, отвечая на эти вопросы, были несколько неискренни, так как в подростковом возрасте потребность в положительном образе родителей выше, чем в юношеском. Однако нас интересует тот факт, что почти половина современных семей (причем это люди старшего поколения) употребляют спиртное. В каждой 10 семье употребляют спиртное каждую неделю. Теоретический анализ показал, что важным фактором в формировании алкогольного поведения является культура. Э.И. Дейчман, Д.В. Колесов, Н.М. Коровин убеждены, что приобщение детей к алкоголю в рамках социализации может рассматриваться как элемент усвоения и последующего воспроизводства традиций алкогольной субкультуры. Освоение норм и образцов алкогольной субкультуры происходит через запечатление, хранение, аккумуляцию и передачу соответствующей информации. В ходе развития меняется позиция ребенка по отношению к употреблению алкоголя. Усвоение детьми алкогольной субкультуры соответствует формированию социальной установки по отношению к алкоголю. Сами родители, по мнению В.С. Собкина и его сотрудников, постепенно становятся более толерантными к тому, что их дети употребляют алкоголь. Речь идет о социокультурном сдвиге, когда девиантная форма поведения начинает рассматриваться взрослыми как норма. Возможно, по их мнению, дело в определенном механизме культурной трансформации, когда форма поведения, характерная для взрослого возраста, теряет свою возрастную специфику и транслируется в подростковую культуру уже как норма и для данного возраста.

Относительно частоты употребления алкоголя в подростковом возрасте также получены тревожащие цифры: 30 процентов подростков употребляют алкоголь эпизодически и 10 – систематически. В данном случае они практически не отстают от юношей (*=1,36, при p<0,09), большинство из которых уже, по крайней мере, совершеннолетние. Различия статистически не значимы, что и является подтверждением того, что в подростковом возрасте частота употребления слишком высока.

Некоторые отличия получены и по мотивации употребления алкоголя между подростками и юношами.

В частности, различаются процентные соотношения такому мотиву, как «употребляю потому, что друзья делают это». Согласились с этим вариантом 67 процентов подростков и только 23 процента юношей (*=3,556, при p<0,001).

Анализ анкеты показал, что у подростков 14 – 15 лет уже есть опыт употребления алкоголя и ПАВ, при этом речь не идет об единичных пробах. Часть подростков употребляют алкоголь и ПАВ систематически. Ведущими мотивами являются интерес к ощущениям, особое психическое состояние (при употреблении ПАВ) и употребление «за компанию».

С целью определения личностных особенностей подростков, которые могли бы оказывать влияние на потребностно-мотивационную сферу, мы осуществили сравнительный анализ подростков и юношей, употребляющих и не употребляющих алкоголь и ПАВ.

По такому личностному свойству, как интернальность, в группах подростков, употребляющих и не употребляющих алкоголь, выявлены различия (t=-2,333, при p<0,05).

Следовательно, подростки, которые не употребляют спиртное, склонны интерпретировать события (и положительные, и отрицательные) как результат своих усилий и чувствовать собственную ответственность за эти события. Они считают себя в силах контролировать свои неформальные отношения с другими людьми. Те же подростки, которые употребляют алкоголь, пассивны, тревожны и пессимистичны, чувствуют, что от них ничего не зависит, все зависит от обстоятельств: и успехи, и достижения, и неудачи.

Интересно, что юноши, употребляющие алкоголь, не различаются по данному признаку. Причем общий уровень интернальности у них ниже, чем у подростков. Возможно, это связано с повышением тревожности, так как исследование проведено на учащихся последнего курса ПТШ.

Итак, в подростковом возрасте видна закономерность между локусом контроля и склонностью к употреблению алкоголя. Подростки, живущие с ощущением контроля над жизнью, в целом , менее склонны к употреблению алкоголя, чем те, чья жизнь, по их мнению, не зависит от собственных усилий.

Исследование направленности подростков показало, что наиболее выраженной направленностью в группе подростков, употребляющих алкоголь, является негативистическая направленность. При этом именно по этой шкале они значимо отличаются от подростков, не употребляющих алкоголь (t=2,109, при p<0,05). Подростки с этой направленностью не приемлют ни себя, ни других. Это люди зачастую тонко чувствующие, глубоко переживающие. Переживания по поводу крушения идеалов, проблемы во взаимоотношениях со сверстниками, в семье, фрустрированные возрастные потребности чаще всего и приводят к такому отношению к себе и к другим. Подросток ощущает полную свою несостоятельность как личности. И он сам, и окружающие, их поступки, мысли, желания, стремления кажутся ему мелкими, ничтожными, бессмысленными, лживыми. В школе такой подросток «отбывает время». Ему не нравится учеба и то, чем он занимается. Будущее рисуется в серых тонах. Он, безусловно, желает изменения к лучшему, но не хочет чего бы то ни было для этого предпринимать (согласуется с данными по экстернальности подростков, употребляющих алкоголь). Внешне это состояние периодически проявляется в бурных вспышках гнева, отчаяния, вызванных крайне дискомфортным внутренним состоянием. Чаще всего, подросток находится в подавленном состоянии.

При сравнении групп подростков, не употребляющих алкоголь, также выявлено, что в группе подростков, употребляющих алкоголь показатели по эгоцентрической направленности выше, чем у тех подростков, которые не употребляют алкоголь (t=2,427, при p<0,05). Соответственно, подростки, употребляющие алкоголь, находятся в центре внимания своей собственной личности, вся их активность сосредоточена на себе, собственных интересах, проблемах. Подросток стремиться к признанию обществом своих собственных прав. Основной ценностью для подростка с такой направленностью является он сам, его мысли, суждения, интересы. Он стремиться брать как можно больше от общества, игнорируя потребности других. Принимая себя, он недостаточно критично оценивает свои особенности своей личности. Окружающих он не игнорирует, но интересуют они его постольку, поскольку он желает утвердиться как личность в их глазах, хочет, чтобы они признали его ценность, особую значимость, по сравнению с ними. Это подтверждает нашу гипотезу о том, что ведущим мотивом употребления алкоголя в подростковом возрасте является стремление к самоутверждению.

Таким образом, подростки, употребляющие алкоголь, характеризуются, с одной стороны, негативным отношением к себе и окружающим, конфликтным внутренним миром; с другой, эгоцентричностью и повышенной потребностью в самоутверждении. Подростков, не употребляющих алкоголь, в целом характеризует то, что их направленности выражены менее сильно, чем у подростков, употребляющих алкоголь. Мы можем провести некоторую параллель с акцентуированностью, в данном случае, направленности. Важным, видимо, является также сочетание направленностей. То есть, именно завышение показателей направленности будут способствовать формированию отклоняющего поведения. У подростков, не употребляющих алкоголь, также выражена негативистическая направленность, но, кроме этого, выражена и социоцентрическая направленность. По шкале «эгоцентрическая направленность» баллы низкие.

Между группами юношей, употребляющих и не употребляющих алкоголь, выраженных различий нет. Также и внутри групп нет различий в показателях по шкалам. Следовательно, к юношескому возрасту различия в личностных характеристиках употребляющих и не употребляющих алкоголь стираются.

Кроме опросников учащимся была предложена проективная методика «Рисунок несуществующего животного».

Для нас интерес представляли признаки, указывающие на проявление тревожности и агрессивности, а также уровень самооценки.

Наибольший процент тревожных подростков выявлен среди тех, кто употребляет алкоголь. В группе юношей преобладание тревожных также хорошо просматривается. Следовательно, тревожность связана с употреблением алкоголя, возможно, именно внутренняя напряженность и обусловливает склонность к алкогольному поведению. Данные согласуются с информацией о доминировании негативистской направленности у подростков, употребляющих алкоголь.

Различия по агрессивности проявились только в группе юношей. Это, возможно, связано с тем, что опыт употребления алкоголя уже довольно длительный, что могло повлиять на эмоциональную сферу. Возможно также, что агрессивность юношей, как личностная особенность, связана с отклоняющимся поведением, которое часто сопровождается употреблением спиртного.

Ознакомимся с данными эмпирического анализа, касающимися мотивации употребления ПАВ, который показал, что она также обладает некоторой специфичностью. Во-первых, в большей степени связана с интернальностью, что позволяет предположить о связи употребления психоактивных веществ с ощущением независимости, самодостаточности, взрослости. По другим параметрам различий между подростками, употребляющими и не употребляющими ПАВ и юношами, не выявлено.

Таким образом, сравнение средних значений в группах подростков и юношей, употребляющих и не употребляющих ПАВ, показало, что существенных различий по шкале интернальности нет. Мы можем предположить, что наркотики, пусть даже «легкие», занимают в жизни молодежи определенное место, независимо от того, чувствует ли человек контроль над своей жизнью. Более того, можно говорить о тенденции (необходимы дальнейшие исследования) к употреблению ПАВ у подростков с более высоким уровнем субъективного контроля, который может создать у подростка иллюзию того, что он может избежать попадания в зависимость от наркотика, в отличие от других, так как «все зависит от него самого». Возможно, что употребление ПАВ поддерживает в подростке уверенность в контроле над собственной жизнью: «Я употребляю, но не зависим. Могу в любое время бросить, хоть все и говорят, что наркотики – это навсегда», «Мне запрещают, а я делаю так, как хочу. Я принимаю решения».

Согласно гипотезе Э. Диси, человек имеет врожденную тенденцию к выполнению таких видов активности, которые дают ему ощущение наличия личностной каузальности. Возможно, подросток, употребляя наркотик, ощущает эту личную каузальность, которая подпитывает чувство взрослости, которое является новообразованием подросткового возраста.

Следует отметить, что, по данным диагностики, можно предположить, что алкоголь и ПАВ к юношескому возрасту так «крепко» входят в жизнь человека, что ни экстерналы, ни интерналы не могут проконтролировать ситуацию и осознать недопустимость употребления этих веществ.

Таким образом, проведенный теоретический и эмпирический анализ показал, что, во-первых, подростки употребляют алкоголь и ПАВ практически так же часто и интенсивно, как это происходит в юношеском возрасте.

У подростков выявлен такой ведущий мотив употребления алкоголя, как поддержание групповых норм группы сверстников («друзья делают это»). Вместе с тем, результаты по другим методикам позволяют более глубоко понять его сущность. Так, нами определено, что у подростков, которые употребляют алкоголь эпизодически или систематически, выражена негативистская и эгоцентрическая направленность личности. Мы считаем, что негативистическая направленность тесным образом связана с эгоцентрической. По сути, в обоих случаях происходит фиксация на себе, только в первом случае самоотношение окрашено негативно, во втором – позитивно, даже чрезмерно. Отсутствие тревожности на первый взгляд у подростков с эгоцентрической направленностью, вероятнее всего, есть результат действия психологических механизмов защиты. Также выявлено, что этим подросткам, употребляющим алкоголь, свойственна экстернальность. Эмоциональная сфера характеризуется высокой тревожностью. Склонность приписывать вину и ответственность другим людям или случаю отражается в том, что подросток не опирается на собственные ресурсы, а ищет опору вовне. Тревожность, возможно, является следствием отсутствия у подростка чувства способности контролировать ситуацию, которое характерно для интерналов, не склонных к употреблению в подростковом возрасте алкоголя. Неудачи в поиске, выходя из ситуации внутреннего конфликта и неудовлетворенности, формируют негативистскую (которая, конечно, зависит также и от семейного окружения) направленность, еще более осложняющую адаптацию подростка. Постепенно эта направленность закрепляется и становится личностной особенностью. Таким образом, подросток попадает в замкнутый круг: экстернальность – тревожность – негативизм (эгоцентризм) – экстернальность.

При учете особенностей подросткового возраста становится ясно, что плохо владеющий способами саморегуляции подросток, решившись употребить алкоголь, на время разрывает данный круг, при чем «разрыв» может произойти на любом его участке. Так, спиртное может создать иллюзию владения ситуацией, что позволит подростку почувствовать себя могущественным, а возможно, подросток действительно, став более смелым, смог решить определенные вопросы. Возможно, что, благодаря спиртному, снижается уровень тревожности, спадает внутреннее напряжение – жизнь кажется более простой: Я «+», Вы «+», как раз то, чего не хватает негативисту и эгоцентристу. Таким образом, употребление спиртного связано как с потребностью в самоутверждении, так и с поиском способов снятия напряжения.

Мотивация употребления ПАВ обладает некоторой специфичностью. Во-первых, в большей степени связана с интернальностью, что позволяет предположить связь употребления психоактивных веществ с ощущением независимости, самодостаточности, взрослости. Употребление алкоголя сегодня уже не приносит этих ощущений, так как отношение в обществе к этому стало относительно толерантным. Подросток «примеривает» на себя взрослые формы поведения и выбирает в качестве идеальных форм взрослости именно те девиантные формы поведения, которые фиксируют в культуре границу между взрослым и ребенком.

Полученные данные могут быть использованы в работе с аддиктивными подростками в условиях специализированного медицинского учреждения. А также в работе практического психолога в массовой школе, в детском доме, так как позволяют осуществлять раннюю диагностику и коррекцию отклонений в развитии потребностно-мотивационной сферы учащихся и более целенаправленно вести профилактическую работу по предотвращению употребления алкоголя и химических веществ.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бадмаев С.А. Психологическая коррекция отклоняющегося поведения школьников / С.А. Бадмаев. – М.: Магистр, 1999. – 96 с.

2. Егорычева И.Д. Личностная направленность подростка и метод ее диагностики / И.Д. Егорычева // Мир психологии. – 1999. - №1 (17). – С. 264 – 277.

3. Заика Е.В. Психологическая характеристика личности подростков с отклоняющимся поведением / Е.В. Заика, Н.П. Крейдун, А.С. Ячина // Вопросы психологии. – 1990. - № 4. – С. 83 – 90.

4. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы / Ильин Е.П. – СПб.: Питер, 2002. – 512 с.

5. Клейберг Ю.А. Психология девиантного (отклоняющегося) поведения / Ю.А. // Вопросы психологии. – 1998. - № 5. – С. 141 – 145.

6. Колесов Д.В. Предупреждение вредных привычек у школьников / Д.В. Колесов. – М.: Изд-во УРАО, 1999. – 144 с.

7. Колесов Д.В. Эволюция психики и природа наркотизма / Д.В. Колесов. – М.: Московский психолого-социальный институт; Воронеж: Издательство НПО «Модэк», 2000. – 400 с.

8. Кондрашенко В.Т. Девиантное поведение у подростков: Социально- психологический и психиатрический аспекты / В.Т. Кондрашенко.- Мн.: Беларусь, 1988. - 207 с.

9. Максимова Н.Ю. О склонности подростков к аддиктивному поведению / Н.Ю. Максимова // Психологический журнал. Том 17. – 1996. - № 3. – С. 149 – 152.

10. Петракова Т.И. Ситуационная мотивация употребления наркотиков у подростков / Т.И. Петракова, Д.Л. Лимонова, Е.С. Меньшикова // Вопросы психологии. – 1999. - № 5.

11. Райс Ф. Психология подросткового и юношеского возраста / Ф. Райс. – СПб.: Питер, 2000. – 624 с.

12. Романова О.Л. Социально-психологические механизмы усвоения детьми алкогольной традиции / О.Л. Романова, Т.И. Петракова // Вопросы психологии. – 1992. - № 5 – 6. – С. 22 – 25.

13. Собкин В.С. Проявления девиации в подростковой субкультуре / В.С. Собкин, З.Б. Абросимова, Д.В. Адамчук, Е.В. Баранова // Вопросы психологии. – 2004. - № 3. – С. 3 – 18.



К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №3 - 2005


 © 2017 - Вестник КАСУ