Главная  | О журнале  | Авторы  | Новости  | Конкурсы  | Вопросы / Ответы

К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №5 - 2009

Автор: Кравец Эрика Евгеньевна

То, как мы передаём нашу культуру детям, начиная с младенчества, можно увидеть невооружённым глазом. С момента рождения мы пытаемся привить нашим детям установки и ценности, касающиеся их соматической природы или, проще говоря, тела. К ним относятся: приемлемость самостимуляции, допустимая степень физической близости, позволительные границы иждивенчества, а также то, какими должны быть их поведение и их человеческие качества. Эти установки и ценности, которые дети усваивают благодаря специальным приёмам воспитания, оказывают огромное влияние на развитие их личности. Хотелось бы уделить внимание четырём аспектам развития младенца:

1) развитие чувства доверия в связи с особенностями ухода за ребёнком;

2) восприятие ребёнком сигналов, имеющих культурный подтекст, и сверка своего поведения с этими социальными эталонами;

3) реакции окружающих людей на попытки ребёнка проявить самостоятельность;

4) влияние методов воспитания на растущее самосознание ребёнка.

Развитие доверия - это первая ступень психосоциального развития. Именно на этой ступени младенцы узнают, могут ли они полагаться на тех, кто находится рядом с ними, и насколько надёжно и предсказуемо их социальное окружение. Изучая методы воспитания детей в разных культурах, можно заметить существенные различия в подходе к развитию у ребёнка чувства доверия.

Доверие возникает у ребёнка благодаря материнской заботе. Мать и другие взрослые, заботящиеся о ребёнке, в реакциях на кормление, отнятие от груди и успокаивающее поведение выражают свои ценности и установки в отношении телесных функций, самостимуляции и того, что они считают приемлемым уровнем близости и иждивенчества. Именно по этим реакциям дети узнают, считают ли их хорошими или плохими, должны ли они беспокоиться и чувствовать себя виноватыми, и когда они могут успокоиться и почувствовать себя в безопасности. Они узнают гораздо больше, нежели то, дозволено ли им сосать свой палец, или должны ли они спать, укрывшись одеялом.

Если серьёзно изучать развитие у ребёнка чувства доверия, то сфокусируем своё внимание не на способах кормления – естественном или искусственном – а, скорее, на том, как кормление вписывается в полную систему ухода за младенцем. Время кормления допускает особую близость между матерью и малышом в той мере, в какой оно выражает чувствительность и отзывчивость матери.

В некоторых культурах переходный период между рождением ребёнка и его отделением от матери продолжается 3 и более года. Кормление является неотъемлемой частью этих пролонгированных отношений. Дети могут спать вместе с матерью, их могут носить за спиной большую часть первого года жизни и кормить грудью до трехлетнего возраста. В других культурах младенцев иногда фактически сразу после рождения отделяют от матери, перестают кормить грудью и помещают в отдельную комнату. Поэтому для таких детей переходный период длится лишь до тех пор, пока не обрезана пуповина.

Есть культуры, где детей растят «всем миром». Матери и малыши редко остаются одни. Матери, большей частью, кормят, пеленают и купают своих детей, реагируя на их желания и лаская их. Члены семьи, друзья и соседи принимают активное участие в этом социальном взаимодействии.

Немало времени специалисты уделили проблеме сосания пальца и другим успокаивающим действиям и средствам. По-видимому, субъективное состояние, вызываемое сосанием, отражает естественную потребность ребёнка. Однако взрослые реагируют на неё по-разному. В начале века в большинстве европейских стран сосание пальца считалось дурной привычкой, наносящей вред общему развитию личности ребёнка. Чтобы предотвратить образование этой привычки, изобретали различные средства, наподобие наклеек с неприятным запахом или специальных рукавов. Эти времена, с их неприятием чувственных удовольствий, похоже, прошли. Сегодня многим детям дают соску, полагая, что от неё они отучатся быстрей, чем от сосания пальца. Большинство детей, сосущих пальцы или соски, перестают пользоваться ими в качестве успокаивающих средств к концу дошкольного периода; у тех же, кто продолжает это делать, обычно не получают удовлетворения какие-то другие потребности.

Дети также обращаются и к другим успокаивающим средствам и формам поведения. Любимые одеяла, игрушки и иные предметы, теребление волос или почёсывание кожи – всё это позволяет испытать хорошо знакомые, привычные ощущения и чувства.

Отзывчивость матери имеет важные последствия для психосоциального развития ребёнка. Если малыши в своём поведении проявляют сильнейшую привязанность, значит, у них были очень чуткие матери, быстро реагирующие на запросы ребёнка. Собственный опыт доказывает, что если мать своевременно реагирует на крики ребёнка, более ласкова и нежна с малышом, менее скованна при тесных физических контактах, умело синхронизирует график кормления и игры с собственным ритмом жизни малыша, то она, тем самым, более чутко реагирует на их физические потребности, на их сигналы о том, что им плохо, и на их попытки установить связь с помощью лицевой экспрессии и вокализаций.

Означает ли это, что мать должна реагировать на всё, что делает её ребёнок? Конечно, нет. Даже самые чуткие матери не отзываются ежеминутно на действия своих малышей. Отзывчивость матерей меняется в зависимости от того, страдает в данный момент их ребёнок или нет. Когда младенцы испытывают дистресс, средняя мать быстро реагирует в 75% случаев. Хотя большинство матерей неизменно реагируют на плач своих детей, некоторые всё же остаются безучастными. Существенно большее разнообразие наблюдается в реакциях матерей на призывы малышей о внимании, а также на их вокализации и улыбки. Одни матери отзываются на эти сигналы лишь в 5% случаев, в то время как другие – в 50%. Кроме того, ответные реакции матерей в этом случае различаются:

- первые отвечают игровыми действиями;

- вторые – звукоподражанием;

- третьи – прикосновениями, похлопыванием и кормлением.

Отсюда следует, что дети, чьи матери во время первых 6 месяцев и позже реагировали на их сигналы с повышенной отзывчивостью, отличаются большей привязанностью, а также более развитыми когнитивными способностями. У матерей, внимательных к своему ребёнку и чутко реагирующих на его вербальные сигналы, дети более самостоятельные и разговорчивые. Взаимодействие между надёжно привязанным младенцем и матерью отличается большей нежностью и теплотой, и в результате поведение ребёнка - более дружелюбное и покладистое.

На материнскую отзывчивость оказывает влияние господствующая в регионе культура. Каким же образом достигается взаимозависимость, или интерактивная синхронность (паттерн взаимного обмена между взрослым и младенцем, при котором каждый из них реагирует и воздействует на движения и ритмы другого) между младенцем и заботящимся о нём взрослом? В большинстве своём поведение младенцев соответствует чередованию двух состояний: «включено» - «выключено»; к примеру, при визуальном изучении новых объектов младенцы пристально смотрят на них, а затем отводят глаза. Некоторые взрослые реагируют на эти чередующиеся состояния более умело, чем другие. А ведь это немаловажный момент для малыша. Вспомните, как матери общаются с трехмесячными детьми. Происходит чередование обоюдного приближения и отстранения: мать и младенец попеременно смотрят друг на друга и отводят взгляд, прикасаются друг к другу и реагируют на эти прикосновения, издают звуки и отвечают на них. Именно эта исключительная синхронность в действиях младенца и взрослого, заботящегося о нём в течение первых месяцев, предсказывает прочные отношения в возрасте одного года, равно как и более сложные формы коммуникации в этот период.

Заботящиеся о детях взрослые не только реагируют на поведенческие ритмы ребёнка. Они также меняют темп и характер диалога с помощью различных приёмов: показывают младенцу новый объект, имитируют звуки или движения ребёнка, помогают ему добраться до предмета его интереса. По реакциям малыша мы постепенно узнаём, когда ребёнок бывает более восприимчив к новым репликам. Но какие бы приёмы ни использовались, пройдут месяцы, прежде чем процесс взаимодействия получит полное развитие.

Некоторые приёмы оказываются особенно действенными при развитии синхронности. Рассмотрим три различных вида материнского поведения:

1) спонтанные действия матери;

2) её сознательные попытки привлечь и удержать внимание ребёнка;

3) её подражание ребёнку.

Младенцы чаще всего реагируют на подражание. Возможно, что это происходит в силу замедленного, подчёркнутого характера подражательных действий. Чем больше сходство между поведением матери и младенца, тем меньшее несоответствие приходится преодолевать ребёнку, и тем более внимательным он будет. Если мать строго соблюдает чередование пауз в общении, устанавливаемых её ребёнком, то удовлетворение потребности ребёнка в паузе будет одним из первых правил «общения», которое заботящийся о нём взрослый обязан выучить.

Некоторые взрослые иногда излишне побуждают своего малыша к действиям, несмотря на сигналы сопротивления с его стороны. Малыши отворачиваются, прячут лицо, закрывают глаза, пытаясь дать себе минутную передышку, но взрослые не прекращают свои усилия до тех пор, пока ребёнок не начинает плакать. Другие же, напротив, недостаточно стимулируют активность своего ребёнка. Они игнорируют улыбки малыша, его лепет и другие попытки обратить на себя внимание. Такой младенец вскоре прекратит свои попытки (если только подобное внимание не является для него насущной проблемой) и, вполне вероятно, заплачет. Часто взрослые демонстрируют смешанные паттерны чувствительности. Иногда они излишне стимулируют ребёнка, иногда побуждают его недостаточно, а иногда они неправильно истолковывают его сигналы. Это особенно характерно для матерей, жестоко обращающихся с детьми, матерей, находящихся в депрессивном состоянии, некоторых матерей-подростков и матерей, чей темперамент резко отличается от темперамента их ребёнка.

Поведение чувствительной и отзывчивой матери меняется по мере того, как ребёнок становится старше. Научным языком характеристика роли матери или отца в постепенном структурировании взаимодействий «родитель – ребёнок» называется «создание поддерживающих конструкций». То есть родители создают некую опорную конструкцию, вокруг которой строится их взаимодействие с ребёнком. Они находят подходящие забавы, наподобие игрового подражания или игры в прятки. Когда ребёнок становится старше, игры принимают более сложный характер. Ребёнок усваивает постепенно усложняющиеся правила социального взаимодействия – правила темпа и очерёдности, как говорить и как передразнивать, как поддерживать игру т.д.

Взаимозависимость и сигнализирование в младенчестве закладывают основу для устойчивых паттернов взаимодействия. Например, проследим за реакциями матери на плач ребёнка. Как правило, у матерей, реагирующих на слёзы младенца в первые несколько месяцев быстро и регулярно, дети к концу первого года плачут меньше. Быстрое реагирование матери придаёт малышам уверенность в эффективности установленной ими связи и поощряет их развивать другие способы подачи сигналов матерям. Если материнская забота не отличается постоянством, у младенцев не возникнет чувство уверенности, и они либо постоянно пытаются привлечь к себе внимание, либо становятся менее отзывчивыми.

На втором году жизни ребёнка взаимозависимость развивается в различные формы поведения. Некоторые начавшие ходить дети демонстрируют спонтанное совместное поведение, как с родителями, так и с другими детьми: показывают игрушку, кладут её кому-нибудь на колени или с её помощью приглашают другого ребёнка принять участие в игре. Такое поведение объясняется интересом ребёнка к свойствам игрушек, удовольствием от совместной игры и пониманием того, что другие могут видеть то же, что и он.

Дети начинают использовать навыки, приобретённые в общении с матерью, в более широком социальном контексте. А это - важная ступень в их развитии, говорящая о том, что дети второго года жизни не столь эгоцентричны.

Младенцы, с которыми находятся только одни родители, проявляют сильную боязнь незнакомцев и тревогу отделения. Кроме того, они демонстрируют эти виды тревоги в более раннем возрасте, чем те дети, которые имеют связь не только с одним родителем. Ребёнок бурно реагирует на расставание с родителем, если постоянно находится рядом с ним, спит в одной комнате, если родитель носит его за спиной. И, наоборот, если о ребёнке с момента рождения заботится много людей, к незнакомцам и разлуке с родителем он относится менее тревожно.

Замедлится ли развитие привязанности, если в уходе за младенцем, помимо родителей, будут участвовать и другие люди? Вопрос важен тем, что ежегодно 5,5 млн. детей находятся под опекой множества людей во время своего пребывания в различных детских учреждениях. Если степень привязанности играет весомую роль, дети, проводящие с родителями меньше времени, будут от этого страдать. Однако нахождение в детских яслях и садах и множественность заботящихся могут и не оказывать негативного влияния на привязанность. У таких детей часто формируется множественная привязанность.

Когда начавшие ходить младенцы в первый раз оказываются в яслях, они часто испытывают горечь разлуки. Особенно это характерно для детей в возрасте от 15 до 18 месяцев. Но даже в этот уязвимый период одни малыши приспосабливаются к новым условиям легче, чем другие. Особенно трудно тем детям, у которых установились отношения исключительно с одним человеком. Те, с которыми расстаются слишком часто и о которых заботится слишком много людей, тоже страдают от разлуки. Легче всего тем малышам, которые имели опыт отношений с другими заботящимися о них взрослыми, помимо родителей, и у которых есть определённый опыт расставаний с несколькими случаями благополучного воссоединения.

Система социальных связей младенца необычайно сложна и разнообразна. Порой дети, разлучённые с родителями в раннем возрасте, могут сильно быть привязаны к своим сверстникам. И тогда они готовы прийти друг другу на выручку даже в тех случаях, когда это грозит им какими-то неприятностями.

Итак, мы выяснили, что важным средством родительского влияния является подача ребёнку опорных сигналов. Когда младенцы не уверены в безопасности ситуации или в правильности своих действий, они следят за выражением лица взрослого, стараясь уловить тот или иной эмоциональный сигнал. Младенцы ожидают эмоциональных сигналов и при других обстоятельствах, например, когда они не знают, насколько далеко им можно отойти от матери, или дозволено ли им исследовать незнакомую игрушку. Младенцы ждут таких сигналов не только от матери, но и от отца. Хотя, когда рядом находятся оба родителя, они смотрят чаще на мать, чем на отца, сигналы, исходящие от отца, похоже, регулируют их поведение столь же эффективно.

Что происходит, когда один родитель побуждает ребёнка изучить новую игрушку, а второй выражает неодобрение и проявляет беспокойство по этому поводу? Младенцы гораздо легче принимают согласующиеся эмоциональные сигналы – независимо от того, довольны или обеспокоены оба родителя - чем противоречащие друг другу. Если ребёнок видит довольное лицо у матери и испуганное у отца, он свою озадаченность выражает разнообразными тревожными действиями. Одни сосут палец или раскачиваются в волнении; другие полностью отказываются от своих намерений; третьи бесцельно бродят или выглядят дезориентированными. Видимо, годовалые дети необыкновенно восприимчивы к эмоциональным сигналам родителей, и одни из них способны справляться с противоречивыми сигналами лучше, чем другие.

Благодаря социальным эталонным сигналам и избирательному вниманию, родители передают значения собственной культуры уже годовалым детям. Дети видят и запоминают то, что делают их родители. А мудрые родители как бы не обращают никакого внимания на то, что их дети исследуют посторонние предметы. Взрослые не говорят ничего по этому поводу, не улыбаются, не наказывают детей, если те повторяют действия своих родителей. Они словно показывают всем своим видом: «Наш ребёнок учится». В это же время взрослым необходимо привлечь внимание ребёнка к тому, что вещами нужно делиться.

Если взрослый заметил, какой предмет ребёнка интересует, он должен сделать это в форме поощрения раздела и обмена: «Дай-ка это мне» или «А ну, передай это».

Родители также знакомят малышей с культурными значениями, включая начавших ходить детей в социальные взаимодействия, пусть даже малыши оказываются второстепенными участниками социальной жизни семьи. Взрослые играют большую роль в содействии усвоения начавшими ходить детьми уместного социального поведения. Иногда взрослые дают детям прямые указания или помогают, но чаще те изучают нормы поведения в обществе за счёт собственных тонких наблюдений, подражания и участия в жизни взрослых. Через направляемое участие взрослые восполняют недостаток знаний детей в отношении происходящего и выделяют для них посильные задачи в деятельности группы.

Например, в обеденное время детям второго года жизни можно позволить есть вместе с семьёй (пищу, которую можно брать руками, вместо еды для взрослых), подражать разговору и жестам взрослых и своих старших братьев и сестёр, выражать своё удовольствие, смеяться, а иногда их поощрять выполнить какие-то действия, совершаемые взрослыми, скажем, поднять чашку во время тоста.

К тому времени, когда младенцам исполняется год, родители уже обучили их некоторым принципам приемлемого поведения, особенно в том, что касается их потребностей в помощи взрослых и потребности в физической близости. Но в течение второго года жизни ребёнка взрослым приходится решать целый ряд новых проблем. К концу второго года у начавших ходить детей возникает острый эмоциональный конфликт между всё возрастающей потребностью в автономии, с одной стороны, и их явной зависимостью от взрослых и ограниченными возможностями – с другой. Начавшие ходить дети разрываются между желанием быть возле своих матерей и потребностью в независимости. Кажется, что новое чувство отдельности пугает их. Они пытаются не замечать его, ведя себя так, будто матери являются частью их самих. К примеру, ребёнок может потянуть мать за руку, стремясь заставить её взять тот предмет, который ему хотелось бы взять самому. Также дети этого возраста испытывают более разнообразные эмоции и начинают более эффективно справляться с собственными чувствами, подавляя, например, желание расплакаться.

Реакция взрослых на этот внутренний конфликт младенца между автономией и зависимостью выражается в их отношении к дисциплине. От выбора методов воспитания зависит развитие у ребёнка просоциального поведения уже на втором году жизни.

Каким образом родитель или взрослый, заботящийся о ребёнке, удерживает поведение малыша в определённых рамках?

Кто-то, опасаясь, что любой контроль за действиями ребёнка помешает его творческой активности и самостоятельности, лишь беспомощно взирает на то, как двухлетний малыш делает всё, что ему заблагорассудится. В этом случае наказания, когда к ним всё-таки прибегают, часто бывают весьма суровыми, отражая накопившееся у взрослых недовольство.

Другие, преисполненные решимости «не испортить» своего ребёнка и убеждённые, что двухлетний человек должен вести себя, как сознательный гражданин, настолько ограничивают поведение детей, что те буквально не способны хоть что-то сделать правильно. Конечно, недостатки подобных крайностей очевидны. Но не так-то просто снабдить детей ориентирами и руководящими указаниями, которые будут эффективны в каждой ситуации.

Например, побуждающим детей к самостоятельной исследовательско-ориентировочной деятельности придётся рано или поздно столкнуться с тем, что их ребёнку захочется засунуть в розетку булавку. Очевидно, любые указания не должны выходить за рамки здравого смысла и обязаны учитывать потребности детей в безопасности, независимости и творческой активности.

Реакции взрослых помогают детям понять, как их поступки влияют на окружающих. Детям нужна обратная связь, если взрослые хотят, чтобы они научились учитывать потребности других людей. Обратная связь может выражаться в похвале за хорошее поведение («Какой хороший помощник!») или же она может принимать форму мягкого порицания («Так можно сделать больно маме»). Основной принцип обратной связи состоит в том, что в качестве объекта критики выбирается поведение ребёнка, а не он сам.

Детей, у которых установились прочные отношения привязанности и чьи потребности удовлетворяются благодаря любящему взаимодействию с взрослыми, нельзя ни испортить проявлением к ним внимания, ни напугать разумными ограничениями. Эти дети более решительны и уверены в себе, поскольку у них сложились с взрослыми достаточно надёжные отношения, чтобы отважиться ступить на путь независимости.

Приучение ребёнка к туалету является составной частью воспитания. Это один из аспектов поведения, на который оказывают влияние установки взрослых в отношении детской любознательности, способности детей регулировать телесные функции и их потребности в автономии. Те, кто строг и суров в данном вопросе, обычно столь же непреклонен и в отношении действий, требующих проявления самостоятельности и независимости, таких, как питание, одевание и исследование окружающего мира. Некоторые взрослые требуют, чтобы ребёнок с ранних лет контролировал работу своего кишечника и мочевого пузыря; они относятся к «детским казусам» как к чему-то недопустимому и грязному. Такие люди, скорей всего, и проявляют излишнюю строгость к детям, когда те разбивают тарелку, становятся играть в грязи, исследуют незнакомые места и предметы или пытаются самостоятельно наесться.

У начавших ходить детей развиваются такие формы просоциального поведения, как эмпатия и сотрудничество. Между 18-м и 24-м месяцами дети начинают делиться с другими, помогать им и сопереживать их горю. Развитие эмпатии можно соотнести с развивающимся чувством Я. Когда на втором году жизни дети начинают проводить границу между собой и другими и, следовательно, воспринимать других как самостоятельных существ, их эмоциональная вовлечённость в страдания другого человека начинает превращаться из личного страдания в сочувственное отношение к тому, кто страдает. Проявления эмпатии у детей второго года жизни коренятся в надёжных привязанностях и в том, как обращаются с ребёнком, когда он обижен или нуждается в помощи.

Развитие этой новой способности проявлять участие к окружающим проходит совсем не гладко. Когда дети видят, что другим плохо, они часто приходят в замешательство. Они могут рассмеяться, или же не знают, как им реагировать на происходящее. Однако в 2 года ребёнок, увидевший, что взрослый ушибся, уже научился утешать его, наблюдая за тем, как со стороны взрослых проявлялось к нему сочувствие, когда ребёнок был чем-то расстроен. Что касается проявлений сотрудничества, то при выполнении простых задач ни один 12-месячный младенец не помогает другим детям. В 18 месяцев случаи сотрудничества случайные. В 24 месяца, при определённом содействии со стороны взрослых, почти все дети сотрудничают друг с другом. Возможно, что детям нужно упрочить понятие собственности, чтобы придать завершённость своему определению Я. Делиться и сотрудничать с другими становится гораздо легче, когда дети твёрдо знают, что принадлежит им самим.

В контексте первых отношений происходит интенсивное эмоциональное развитие ребёнка.

Выделяется 6 ступеней эмоционального развития в рамках этих первых отношений:

1) приспосабливание и интерес к миру;

2) влюблённость;

3) развитие интенциональной коммуникации;

4) появление устойчивого чувства Я;

5) развитие эмоционального воображения;

6) развитие эмоционального мышления.

Стараясь лучше понять, как возникают отношения привязанности и развивается чувство Я, были изучены 4 типичные реакции у младенцев:

1) двусторонняя система эмоционального общения между матерью и младенцем («наблюдаемая с каменным лицом»);

2) боязнь незнакомцев и тревога отделения (растущая когнитивная способность младенца различать знакомых и незнакомых взрослых);

3) реакция на фактическую разлуку и утрату;

4) развивающееся самопознание ребёнка в том виде, как оно выражается в способности узнавать себя в зеркале.

На характер ранних отношений влияют различия в темпераменте детей и окружающей обстановке; то, нуждается или нет ребёнок в особом уходе; наличие проблем в установлении эмоциональных связей между родителем и ребёнком. Когда коммуникация между заботящимся о младенце взрослым и младенцем характеризуется взаимозависимостью и интерактивной синхронностью, и когда взрослый чутко реагирует на потребности младенца, между ними возникает прочная привязанность. Дети, о которых в течение дня заботятся несколько людей, приспосабливаются к ним, и это нисколько не сказывается на их развитии. Когда имеют место какие-то нарушения установления эмоциональных связей, нормальное развитие младенца может оказаться под угрозой. Подобные нарушения могут быть следствием неблагополучных отношений «мать-младенец»; в этих случаях, может иметь место и жестокое обращение с ребёнком.

Несмотря на то, что в отношении привязанности основное внимание уделяется взаимодействию «мать-ребёнок», в последнее время учёные стали проявлять большой интерес и к роли отцов. Младенцы могут привязываться к самым разным людям и предметам, составляющим их окружение. Если отец играет важную роль в жизни маленького ребёнка, привязанность его к отцу может быть столь же сильной, как и к матери. Естественная роль отца, скорее, заключается в том, чтобы играть с малышом, чем присматривать и ухаживать за ним. Однако, когда отцы принимают на себя основные обязанности по уходу за ребёнком, их поведение начинает больше походить на поведение матерей в том, что касается ласк и имитации реакций малыша, включая голосовые.

Рождение малыша отражается на всей семье в целом. В ней происходят изменения в способах общения, отдыха и распределении обязанностей. То, как супруги встретят эти перемены, может либо сблизить их, либо осложнить их семейные отношения. Если семья принимает изменения в их жизни со спокойствием и чувством юмора, не переставая сохранять уважение друг к другу, отношения между ребёнком и родителями также будут прочными.

Способы ухода за ребёнком отражают культурные установки и стереотипы и влияют на последующее развитие личности. То, как родители справляются с такими ранними переходами, как отнятие от груди, приучение к туалету и дисциплине, отучение от «запретных» форм самоуспокоения, несёт в себе существенную информацию для их детей.

Младенцы усваивают установки в отношении собственного тела, касающиеся, прежде всего, приемлемости самостимуляции и допустимой физической близости. То, как каждая семья разрешает конфликт между потребностью ребёнка в автономии и его зависимостью, также оказывает огромное влияние на развитие его личности и Я-концепции. Социальный опыт – как внутри семьи, так и вне её - который ребёнок приобретает в течение первых 2 лет жизни, формирует у него всё возрастающую способность понимать социальный мир и установки в отношении себя. Одна из трудных задач, с которой сталкиваются многие семьи: кому поручить заботы о маленьком ребёнке, если мать вынуждена работать. Беспокоиться следует, так как отсутствие матери на первом году жизни может стать фактором риска и повлечь за собой последующие психосоциальные проблемы.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бреслав Г.М. Эмоциональные особенности формирования личности в детстве: Норма и отклонения. – М.: «Педагогика», 2003.

2. Мухамедрахимов Р.Ж. Мать и младенец: психологическое взаимодействие. – СПб.: изд-во С.-Петерб.ун-та, 1999.

3. Уайт Б. Первые два года жизни (Пер. с анг.) – М.: «Педагогика», 2001.

4. Чистович Л., Кожевникова Е. Разум, чувства и способности младенца. Пособие для любопытных родителей. – СПБ.: «Петербург – ХХI век», 1998.



К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №5 - 2009


 © 2018 - Вестник КАСУ