Главная  | О журнале  | Авторы  | Новости  | Конкурсы  | Вопросы / Ответы

К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №2 - 2009

Автор: Капышева Г.К.

Понятие языковой формы трактуется широко, в нее включается и внутренняя форма знаков вторичной номинации. Первая характерная черта лексико-семантических универсалий – это фиксация отношений между планом выражения и содержания языковых знаков. Вторая характерная черта – это большая значимость языковых знаков вторичной номинации [1, 1996, 29] как объектов изучения общеязыковых закономерностей. Здесь наиболее всего могут быть раскрыты механизмы языковой номинации. К знакам вторичной номинации относятся все образно переосмысленные слова и устойчивые словосочетания, то есть ФЕ (вторичная образная номинация), а также непереосмысленные вторичные образования всех видов: сложные, производные слова и устойчивые словосочетания нефразеологического характера.

Каждый переосмысленный знак вторичной образной номинации является сам по себе диалектическим единством семантически трансформированного значения и внутренней формы. Здесь основная задача состоит в попытке раскрытия тех закономерностей, которые отражают присущие всем языкам имманентные отношения между двумя сторонами языкового образа. Необходимо также выявить, какой материал языка используется для семантической трансформации, какие семы закладываются в основу семантической трансформации, как формируются коннотации в языке, насколько эти процессы случайны и закономерны (сюда относится, например, моделирование во фразеологии).

Основу для такого рода исследования заложил S. Ullmann своей теорией метафоры [2, 1966, 238]. Это направление лингвистики универсалий граничит с областью понятийно-семантических универсалий. В основе языковой техники семантических трансформаций лежат не только внутрисистемные, но и логические и психологические закономерности.

В системе знаков вторичной, образной номинации особенно эффективны ФЕ. Фразеологическая система более компактна и обозрима, чем лексическая система языка, и является, соответственно, благодатным материалом для различных исследовательских попыток, а также для верификации гипотез о лексико-семантических универсалиях. Третья характерная черта лексико-семантических универсалий состоит в том, что здесь исследуются не отдельные языковые единицы (слова или устойчивые словосочетания), а общие регулярные корреляции (языковые закономерности).

Регулярные корреляции могут иметь, как известно, с одной стороны, универсальный характер и, с другой стороны, относиться только к одному конкретному языку или к группе языков. Задача лингвистики универсалий в этой области состоит в том, чтобы инвентаризировать все универсальные регулярности и превратить их в составную часть общелингвистического методологического, то есть исследовательского инструментария. Универсальные лексико-семантические категории можно квалифицировать или заложить как подготовительную основу, подготовительный материал для разработки общей теории лексической семантики.

Общие закономерности в области лексической семантики должны изучаться не только в синхронии, но и в таком аспекте языка, как диахрония. Так, например, изучение различных видов изменения значения позволит вскрыть интересные диахронические универсалии. Регулярные корреляции представляют собой не что иное, как общие закономерности в системе отношений между разными системами, уровнями, единицами, классами тех или иных типов единиц.

По этой причине они составляют предмет лингвистики универсалий по определению. Кроме того, это соответствует установленному, высказанному выше тезису о значимости импликаций - универсалий для исследований структурно - типологического характера, поскольку регулярные и закономерные отношения, связи между отдельными языковыми явлениями выражаются и проявляются, как правило, в форме импликаций или двусторонних импликаций.

Общие закономерности в теории универсальной лексической семантики нужно специально исследовать еще потому, что универсалии в языке проявляют себя только на определенном уровне анализа. Чем абстрактнее, более общи подвергаемые анализу явления, тем выше участие, присутствие универсалий, и наоборот: специфика каждого национального языка проявляется при анализе конкретных языковых фактов [3, 1980, 133]. Из этого вытекает, что изучение универсалий на уровне отдельных языковых единиц вряд ли целесообразно.

Исследование лексико-семантических универсалий не может быть по своей сущности микролингвистическим, а макролингвистическим. Поиск эквивалентных ФЕ в разных языках с идентичной образной основой и внутренней формой, идентичным фразеологическим образом представит информацию только об единичных совпадениях в конкретных языках. Ср.: нем.: ins Gras beissen - англ.: bit the dust - франц.: mordne la poussiere. Во всех языках наблюдается аналогичный фразеологический образ, аналогичная внутренняя форма, и можно бы в целом выдвинуть гипотезу, что это универсальная внутренняя форма ФЕ, универсальный фразеологический образ ФЕ разных языков.

Но в русском языке ФЕ с такой внутренней формой, с таким фразеологическим образом нет. Это значит, что это не фразеологическая универсалия на уровне фразеологических образов. Один человек, лингвист, не в состоянии привлечь и сопоставительно изучить ФЕ всех языков, что означает, что он не может и не должен выдвигать гипотезы подобного образа. Такие гипотезы не основываются тем самым на общеязыковых или общелингвистических закономерностях. К тому же, факты абсолютной эквивалентности (или почти абсолютной), формальной и семантической эквивалентности отдельных ФЕ в разных языках - достаточно большая редкость.

Они обусловлены, как правило, генетическим родством или ареальной близостью, прямыми и опосредованными заимствованиями, калькированием, универсальностью законов мышления, мыслительных операций [4, 1982; 5, 1988, 35]. Из этого вытекает, что присущие всем языкам регулярные корреляции между языковым значением и языковой формой или между планом содержания и планом выражения языкового знака являются предметом теории универсальной лексической семантики.

Здесь предпочтительным языковым материалом исследования является один разряд языковых знаков – единица вторичной номинации. Таким образом, лексико-семантические универсалии могут быть определены как присущие всем языкам имманентные механизмы языковой номинации, фиксирующие регулярные, закономерные взаимосвязи и взаимоотношения между формой и значением номинативных единиц. Эти и другие положения относительно коррекций, регулярностей, закономерных связях, отношениях, зависимостях, импликациях, универсалиях полностью распространяются и на внутриязыковые фразеологические универсалии [5, 1988, 36].

Фразеологические универсалии делятся на два типа: а) лексико-фразеологические (например, синонимия и полисемия, которые присущи как лексической, так и фразеологической системе); б) собственно фразеологические универсалии, присущие имманентно только фразеологической системе. С учетом понятийных универсалий фразеологические универсалии делятся на три класса:

1) обусловленные внеязыковым образом (понятийные, мыслительно - познавательно - отражательные) фразеологические универсалии;

2) лексико-фразеологические универсалии;

3) собственно фразеологические универсалии.

Изучение каждого класса универсалий, фразеологических универсалий требует собственных методов их изучения. Изучение обусловленных внеязыковым образом фразеологических универсалий является составной частью более широкой проблемы взаимоотношения языка и мышления, для решения которой требуются не только чисто лингвистические, но и логические, психологические исследовательские методы.

Эффективным методом окажется ономасиологический исследовательский путь. Ономасиологический подход в исследовании фразеологической семантики охватывает широкое исследовательское пространство, обозначаемое как фразеологическая ономасиология. Она исследует много разных проблем: специфику языкового членения универсума с помощью фразеологических средств языка, инвентаризацию тех областей объективного мира, которые номинативно осваиваются фразеологизмами, а не только лексикой [6,1980, 54]. Гвоздарев говорит, в связи с этим, о «идеографическом описании фразеологии» [7, 1981, 118]. К внеязыковым образам, обусловленным фразеологическим универсалиям, относятся, в первую очередь, так называемые «содержательные категории», которые получают свою выражение во фразеологии. К ним относятся общие мыслительные, логические категории, как пространство, время, качество, количество, процессуальность, и менее абстрактные понятия, вплоть до конкретных человеческих действий, эмоций, качеств. Ср.: ведущие понятия в тех или иных фразеологических словарях.

Это все «содержательные категории», обусловленные внутренними закономерностями языкового отражения объективной действительности [8, 1983, 9]. Другими словами, это понятийные оппозиции, которые нуждаются в своих языковых средствах выражения, они ищут, хотят найти и находят их, иначе они останутся не объективированными [8, 1983]. Инвентарь таких содержательных категорий определенно универсального характера или почти универсального характера, потому что такие категории основываются на закономерностях отражения мира человеком. Е.М. Солодухо, который занимается этой проблемой в связи с конфронтативным анализом заимствованной фразеологии, приходит к заключению, что понятия, выражаемые фразеологизмами различных языков, в большинстве случаев по своей сущности являются универсальными [4, 1982, 101].

Целью исследования в этой области является не только доказательство универсальности основных содержательных категорий, выражаемых с помощью ФЕ, а установление определенных закономерных качественно-количественных предпочтений выбора фразеологией тех или иных категорий. В специальной литературе указывается на то, что фразеологическая номинация неравномерно номинативно осваивает основные референциальные сферы языка. Как средства номинации определенных предметов, явлений (то есть по их соотнесённости со своим референтом), ФЕ распределяются очень неравномерно по всему многообразию реального мира.

В отличие от лексики, которая покрывает номинативно все сферы мира, ФЕ образуют, с одной стороны, плотные собрания, группировки множества близких по семантике ФЕ, с другой стороны, большие референциальные сферы, для номинативного обозначения которых совсем не используются ФЕ. Между этими двумя полюсами обнаруживается целая шкала различной доли участия фразеологии в номинации различных референциальных сфер объективного мира.

Роль фразеологии там высока, где речь идет о необходимости номинации таких явлений, которые предполагают максимальное участие внутреннего мира, психики, чувств, эмоций человека, его переживаний, субъективно-оценочного, образно-экспрессивного проявления его психического состояния. По мнению А.Д. Райхштейна, участие ФЕ в номинации явлений мира определяется одним фактором, который можно обозначить как степень субъективной значимости объективных явлений действительности [3, 1981, 16].

Он пишет, что субъективно-оценочные ФЕ в целом доминируют во фразеологической системе большинства языков. Это объясняется тем, что отрицательные факты и явления действительности вызывают и развивают гораздо высшую, более интенсивную эмоциональную и негативную эмоциональную реакцию, чем положительные или нейтральные в этом смысле явления, факты жизни, объективной действительности. Отрицательно воспринимаемые или действующие факты, явления, ситуации реальной жизни, общественной жизни, тем самым субъективно значимостные и провоцирующие, в частности, психику, чувства, эмоции, отношения человека, чем положительные или нейтральные для того или иного человека факты, ситуации, явления действительности [3, 1981, 17].

Аналогичную мысль высказывает А. Маккай, указывая на продуктивность таких фразеологических полей, как death – смерть или thievery/theft - воровство, кража [9, 1978, 427]. Наиболее сильно фразеологически представленные ведущие понятийные, идеографические области в различных фразеологических словарях обнаруживают определенное тяготение субъективно-отрицательной оценочности [5, 1988, 41].

Такие ведущие понятия и понятийные области широко и интенсивно представлены фразеологизмами: Zurechtweisung – ругать, выговаривать: jdm. eine Zigarre verpassen, den Zahn ziehen, jmdm. aufs Dach steigen, jmdn. aus den Lumpen schuetteln; Verruecktheit - интеллектуальная ограниченность, глупость, слабоумие: nicht alle Tassen im Schrank haben, einen Vogel/Klapps haben, von allen guten Geistern verlassen sein, vom wilden Affen gebissen sein.

Такие понятия, как отказ, отказать представлены: j-m einen Abfuhr erteilen, j-m kalte Schulter zeigen, j-m den Buckel runterrutschen/raufsteigen sollen/koennen, j-m Mondschein begegnen sollen/ koennen.

Фразеологически активными понятийными концептами являются: алкоголь, алкогольное состояние, удивление, состояние удивления, затруднительное состояние, превратность, большая неприятность, напасть и надоедание, хвастовство, страх. Даже такой, казалось бы, ведущий концепт, как информация, концептуализируется в большой мере фразеологизмами, и в нем представлено много субъективно-оценочно негативных, коннотативно отрицательных ФЕ. Ср.: j-m etw. auf die Nase binden, j-m den Star stechen, aus der Schule plaudern, etw. an die grosse Glocke haengen.

Первый круг проблем внелингвистически, то есть гносеологически обусловленных или так называемых понятийных фразеологических универсалий, опирается на принципиальную универсальность тех концептов, традиционно репрезентируемых посредством ФЕ. Второй круг проблем, относящихся к этой области, связан с принципиальной универсальностью понятий, которые лежат в основе фразеологических переосмыслений, то есть универсальностью фразеологических мотивов [5, 1988, 42].

Теория фразеологических универсалий должна ответить на вопрос, какие понятийные сферы чаще всего выступают как основа, деривационная база ФЕ, и в какой мере они универсальны. Здесь речь идет о так называемых ассоциативных сферах, сферах реальных представлений.

В ФЕ языковые образы группируются еще вокруг наименований видов одежды, частей одежды, характера, типов и видов человеческого поведения, различных видов и типов жизненных ситуаций, известных видов животного, растительного мира, различных видов, способов производств, профессиональной деятельности человека.

При сравнении основных универсальных тенденций в ассоциативных сферах и в самых больших сигнификативно-референциальных областях, в которых в большом количестве представлены ФЕ, обнаруживается одна определенная закономерность, а именно та, что обе эти области - ассоциативные сферы и большие сигнификативно-референциальные области - семантически ориентированы на человека.

Проблема «ассоциативных сфер» или образной основы ФЕ изоморфна, аналогична проблеме внутренней формы ФЕ, которая со своей стороны связана с фразеологическим моделированием. Но обе эти проблемы не идентичны, так как первая решается на уровне ассоциаций, то есть на понятийном уровне, а вторая - на уровне языковых значений в их взаимосвязи и взаимодействии с языковой формой. Следует указать на то, что феномен образования ФЕ на основе определенных моделей базируется, с одной стороны, на психологической константности вербально закрепленных образных ассоциаций и, с другой, на внутриязыковых закономерностях создания новых языковых единиц на основе продуктивных деривационных моделей [5, 1988, 43].

При изучении лингвистической техники семантической трансформации (сюда относится и фразеологическое моделирование) целесообразно исходить из языковых знаков. Это нужно для того, чтобы раскрыть закономерности связи форматива, плана выражения ФЕ с ее имманентно присущим фразеологическим значением на основе или посредством внутренней формы. Это внутриязыковые системно обусловленные связи, а проблема образной основы касается, напротив, ассоциативных закономерностей образного мышления, которые манифестированы в языке, потому что в основе языкового образа лежат, как известно, внеязыковые ассоциативные связи и отношения. Солодухо указывает на то, что образные параллели в различных языках обусловлены, прежде всего, действием универсальных внешних, внеязыковых стимулов [4, 1982, 92].

Вполне очевидно, что между внешне и внутрисистемно обусловленными фразеологическими универсалиями существуют тесные связи. На практике не всегда легко отграничить их друг от друга, их различия относительны и условны. Их различие зависит от того, каковы и как сформулированы исследовательские цели: является ли целью изучение механизмов языковой номинации или их ассоциативно-понятийной основы. Конечная цель лингвистических исследований состоит, при этом, очевидно, в том, чтобы, везде, где это возможно, выявить глубоко заложенные внеязыковые механизмы, которые привели к определенному языковому явлению. Так, Лакофф указывает на то, что универсальные законы везде, где это возможно, должны быть объяснены во внеязыковых терминах [10, 2004]. В области внелингвистически обусловленных фразеологических универсалий можно постулировать и диахронические закономерности. Это универсальные мыслительные операции, предопределяющие направления переосмыслений (например, от конкретного к абстрактному). Из сказанного следует, что внелингвистически обусловленные фразеологические универсалии основываются, с одной стороны, на универсальности основных сигнификативно-референциальных областей и, с другой стороны, на общечеловеческом характере мыслительных операций, универсальных законах человеческого мышления при фразеологических переосмыслениях.

ЛИТЕРАТУРА

1. Телия В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. – М., 1996.

2. Ullmann S.Semantic universals. In: Universals of language. Ed. by J.H. Greenberg. Second edition. Cambridge-London, 1966.

3. Райхштейн А.Д. Сопоставительный анализ немецкой и русской фразеологии. – М. «Высшая школа», 1980

4. Солодухо Э.М. Проблемы интернационализации фразеологии. - Казань, 1977, 143 с.

5. Eckert R. Aspekte der konfrontativen Phraseologie in: linguistische Studien. Reihe A. 56. Berlin, 1979.

6. Эмирова А.М. Некоторые проблемы фразеологии в ономасиологическом аспекте // Вопросы фразеологии. XIV. - Самарканд, 1980.

7. Гвоздарев Ю.А. Сопоставительное описание фразеологии разных языков // Образование и функционирование фразеологических единиц. – Ростов-на-Дону, 1981.

8. Makkai A. Idiomaticy as a language universal. Universals of human language. Ed. by J.H. Greenberg. Standford, 1978.

9. Staffeldt F. Zu einigen philosophischen und linguistischen Aspekten der Univarsalienpoblematik in: linguistische Arbeitsberichtesektion. Theoretische und angewandte Sprachwissenschaft der Karl-Marx Universitaet. Leipzig, 1983 – 39 S.

10. Лакофф Дж. Метафоры, которыми мы живем.// М., 2004, 253 с.



К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №2 - 2009


 © 2018 - Вестник КАСУ