Update site in the process

   Главная  | О журнале  | Авторы  | Новости  | Вопросы / Ответы


К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №3 - 2007

Автор: Комова О.С.

Алкоголизм и связанная с ним повышенная смертность - все более обостряющаяся, тревожная проблема, болезненно значимая для всего мира и для нашей Республики. Одной из наиболее трагических ее составляющих является насильственная смертность в результате различного рода аутоагрессивных и агрессивных действий, отравлений и несчастных случаев. В популяции больных алкоголизмом насильственная смертность составляет 25%, по сравнению с 7,4% у лиц общей популяции, а суицидальная смертность колеблется от 7 до 15% по самым приблизительным данным наркологического учета [14, 1235-1238]. Среди популяции суицидиентов доля больных алкоголизмом составляет от 30-43% до 60% [4, 16], причем, наибольшее число суицидальных смертей приходится на мужчин среднего возраста. Недавние исследования жизненного риска совершения суицида (1988) свидетельствуют о том, что при алкоголизме этот риск составляет 7%, что превышает соответствующий показатель у больных с аффективными расстройствами (6%) и шизофренией (4%). Не менее драматичен «вклад» больных алкоголизмом в число смертей от алкоголь-ассоциированной соматической патологии, бытового и производственного травматизма, автодорожных происшествий. По мнению А.Н. Михайлова и В.С. Ротенберга (1990), повышенная смертность мужчин, в сравнении со смертностью женщин, обусловлена специфическими для этого пола причинами: алкоголизмом и травматизмом.

И хотя картина возникает удручающая, алкоголизм даже академически не рассматривается как потенциально смертельное заболевание с соответствующими профилактическими и терапевтическими подходами, а многочисленные исследования мортальной алкогольной проблематики, скорее, отражают факторы интоксикации, нежели динамику самого заболевания и личностную аутодеструктивную преддиспозицию.

При этом будет целесообразным рассмотреть образ-Я алкоголиков с аутоагрессивным поведением, т.е. обобщенное представление о самом себе, систему установок относительно собственной личности; т.к. формирование, развитие и изменение образа-Я обусловлены факторами внутреннего и внешнего порядка, то, несомненно, при алкоголизме, тем более, сопровождающимся аутоагрессивным поведением, образ-Я будет иметь свои особенности.

Актуальность данной работы в том, что исследований специфики образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом с аутоагрессивным поведением, не было в практике ни отечественной, ни зарубежной психологии.

В момент кризиса или стресса, когда активируется наиболее употребимый больными алкоголизмом выход через самоубийство, алкогольный эксцесс на фоне неснятого «кода» или имплантированного препарата может представлять вариант завуалированного, а иногда и вполне осознанного суицида. Вместе с «кодом» и запретом больному алкоголизмом - потенциальному самоубийце - вручается средство достижения быстрой смерти, продолжительных страданий и шантажа родственников [3, 203-209]. Поэтому нам представляется важным разработка и широкое внедрение в наркологическую практику сведений об образе-Я дополнительных терапевтических методов и подходов, направленных на прояснение антивитальных тенденций в психике больных алкоголизмом, применяемых с учетом клинического полиморфизма аутодеструктивных форм поведения.

Экспериментальное исследование обосновано ростом количества людей, страдающих алкоголизмом на территории Восточно-Казахстанской области. Алкоголизм и связанная с ним повышенная смертность – все более обостряющаяся, тревожная проблема, болезненно значимая для всего мира и для нашей Республики. Одной из наиболее трагических ее составляющих является насильственная смертность в результате различного рода аутоагрессивных и агрессивных действий. Нами предпринята попытка исследовать специфику Образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением.

Целью исследования, является определение специфики Образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением.

В соответствии с целью и основной гипотезой мы сформулировали ряд рабочих гипотез:

- когнитивный компонент образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением характеризуется страхом одиночества, отверженности, чувством вины за свой образ жизни, неуверенностью;

- эмоционально-оценочный компонент образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением представлен наличием внутренней конфликтности, низкой самооценкой, самообвинением, отсутствием самопринятия, самопроивязанности и самоценности, неуверенностью;

- поведенческий компонент у алкоголиков с аутоагрессивным поведением определяется отсутствием способности позаботиться о себе, подчинением, ожиданием помощи от других, совершением поступков, направленных на причинение себе морального и физического ущерба.

Проверка гипотез предусматривало решение следующих задач:

1) Экспериментальное определение специфики образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением;

2) Осуществление сравнительного анализа и выявление различий в образе-Я алкоголиков, в зависимости от наличия или отсутствия аутоагрессивного поведения;

3) Изучение доверительной оценки различия в средних арифметических двух выборок.

Теоретический анализ показал, что в общепсихологическом аспекте проблема связи алкоголя и аутоагрессивного поведения чрезвычайно актуальна на сегодняшний день. Наиболее ярки и доказательны работы, показывающие динамику числа самоубийств, в зависимости от среднедушевого потребления алкоголя. В свое время Дюркгейм не отметил однозначной связи между среднедушевым потреблением алкоголя, алкогольными заболеваниями и суицидами во Франции. Норстром приходит к выводу, что влияние алкоголя не стоит переоценивать на примере Дании и Франции, где высокий уровень алкоголизации не коррелирует с уровнем самоубийств. Однако тот же автор указывает на существование такой зависимости в Швеции и считает, что смертность от цирроза, несчастных случаев и самоубийств могла бы быть в половину меньшей при уменьшении потребления алкоголя на 25% в общей популяции или на 36% в среде тяжелопьющих. В США рост суицидов коррелировал с ростом продажи крепких спиртных напитков, но не вина и пива.

В России наиболее показательной и значимой эта зависимость была в 1985-1988 гг. в связи с антиалкогольным постановлением ЦК КПСС и, по-видимому, в той или иной степени выраженности существовала всегда, когда пьющие русские люди, по словам М.Я. Магазинера (1837), «при угрызениях совести, обнаруживающихся непомерно грустными и мрачными мыслями», кончают жизнь самоубийством. А.В. Немцов и А.К. Нечаев (1991), изучая статистику этого периода, установили интересные закономерности, касающиеся снижения насильственной смертности (убийства, самоубийства, отравления различными веществами, включая алкоголь, дорожно-транспортные происшествия и другие несчастные случаи) при снижении потребления алкоголя на 25%. С 1984 по 1986 г.г. смертность от самоубийств снизилась более, чем на одну треть (в абсолютных цифрах с 81 тыс. человек до 53 тыс.), что, несомненно, произошло под влиянием мер, направленных на ограничение торговли спиртными напитками (Амбрумова, Постовалова, 1991). В 1987-1992 гг. происходил рост потребления алкоголя и вместе с тем увеличение насильственной смертности и снижение продолжительности жизни населения (Немцов, Симонова, 1995). А.В. Немцов и А.К. Нечаев (1991) указывают, что существует некий оптимальный уровень потребления алкоголя в популяции — проявления потребности изменить свое психическое состояние, достичь эйфории или успокоения, своеобразной потребности в наркотизации.

А.Г. Амбрумова с соавторами определяют два возрастных пика завершенного алкогольного суицида – между 30 – 39, а также 40 – 59 годами, что соответствует данным И.М. Елисеева [3, 203].

Теоретическую модель алкогольного аутоагрессивного поведения можно определить в двух положениях:

1. Основной деструктивный (разрешающий) момент аутоагрессивного поведения связан с установкой «Не живи!» как психологической моделью поведения, направленного на достижение неестественной смерти. Программа «Не живи!» актуализируется в кризисные периоды алкоголизма – постинтоксикационной депрессии.

2. В более зрелом возрасте экстремальные биологические влияния выражены в меньшей степени, и в качестве основного аутоагрессивного звена начинают выступать духовно девальвированные механизмы образа-Я.

В момент кризиса или стресса, когда активируется наиболее употребимый больными алкоголизмом выход через самоубийство, алкогольный эксцесс на фоне неснятого «кода» или имплантированного препарата может представлять вариант завуалированного, а иногда и вполне осознанного суицида. Вместе с «кодом» и запретом больному алкоголизмом - потенциальному самоубийце - вручается средство достижения быстрой смерти, продолжительных страданий и шантажа родственников. Поэтому нам представляется важным разработка и широкое внедрение в наркологическую практику сведений об образе-Я, дополнительных терапевтических методов и подходов, направленных на прояснение антивитальных тенденций в психике больных алкоголизмом, применяемых с учетом клинического полиморфизма аутодеструктивных форм поведения.

В образе – «Я» выделяют 3 компонента:

1) когнитивный;

2) эмоционально – оценочный;

3) поведенческий.

Причем, при алкоголизме изменения будут происходить во всех трех компонентах.

На основании проведенного эмпирического исследования нами была выявлена специфика образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением.

Задачи и гипотезы исследования, особенность изучаемой выборки обусловили подбор методов в диагностический блок исследования.

Методом, позволяющим выявить особенности образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, является беседа - диалог между двумя людьми, в ходе которого один человек выявляет психологические особенности другого. Беседа включается как дополнительный метод в структуру эксперимента на первом этапе, когда исследователь собирает первичную информацию об испытуемом, дает ему инструкцию, мотивирует и т.д. Исследователи различают клиническую беседу, составную часть "клинического метода", и целенаправленный опрос "лицом к лицу" - интервью. Содержание бесед можно протоколировать полностью или выборочно, в зависимости от конкретных целей исследования. При составлении полных протоколов бесед удобно пользоваться магнитофоном. Соблюдение всех необходимых условий проведения беседы, включая сбор предварительных сведений об испытуемых, делает этот метод очень эффективным средством психологического исследования. Поэтому желательно, чтобы беседа проводилась с учетом данных, полученных при помощи таких методов, как наблюдение и анкетирование. В этом случае, в ее цели может входить проверка предварительных выводов, вытекающих из результатов психологического анализа и полученных при использовании данных методов первичной ориентировки в исследуемых психологических особенностях испытуемых.

Для исследования склонности лиц, страдающих алкоголизмом, к аутоагрессивному поведению, нами был использован Опросник для выявления витальных и антивитальных тенденций Шустова Д.И.

Данный опросник является клиническим, по технике реализации простым, легко воспринимается и рассматривает все стороны аутоагрессивного поведения. Состоит из 32 воспросов, включающих эмоциональный компонент, состояние организма, страхи, смысл жизни и т.д.

Для рассмотрения эмоционально-оценочного компонента образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением нами использовалась «Методика исследования самоотношения». Методика предложена В.В. Столиным в 1985 году. Методика исследования самоотношения (МИС) представляет собой многомерный психодиагностический инструмент, основанный на принципе стандартизированного самоотчета. Направлен на исследование комплекса факторов отношения к себе.

В основе МИС лежит понимание самоотношения как сложной, уровневой эмоционально-оценочной системы, для адекватного и полного описания которой недостаточно существующих представлений о двух уровнях самооценки: глобальной самооценки и частных самооценок. Было выдвинуто положение о том, что самоотношение может быть понято как выражение смысла «Я» для субъекта, как некоторое устойчивое чувство в адрес собственного «Я», которое содержит ряд специфических модальностей, различающихся как по эмоциональному тону переживания, так и по содержанию.

Для исследования когнитивного и поведенческого компонентов образа-Я нами был использован тест «Изучение межличностных отношений» Т. Лири. Разработан Т. Лири в 1957 г. и направлен на диагностику межличностных отношений и свойств личности, существенных при взаимодействии с другими людьми.

Исследование проводилось в Восточно-Казахстанской области на базе Областного наркологического диспансера. В эксперименте принимали участие 20 испытуемых. Экспериментальная группа состояла из 10 человек. В экспериментальной группе возраст варьировался от 35 до 60 лет, все респонденты были мужского пола, образование - среднее и средне-специальное. Контрольная группа состояла из 10 человек и была уравнена с экспериментальной по следующим характеристикам: образование, возраст, пол.

У всех испытуемых экспериментальной группы основным диагнозом является алкоголизм, при наличии суицидальных тенденций. Данная выборка имела достаточную репрезентативность и надёжность, т.к. отбор испытуемых осуществлялся на основе медицинских данных. Респонденты экспериментальной группы имели различную временную протяженность употребления алкоголя: 5 человек – 1 до 5 лет; 5 человек – свыше 5 лет.

Эмпирическое исследование включало в себя диагностику двух групп выборок экспериментальной, в которую входили лица, страдающие алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением, и контрольной, включающей алкоголиков без аутоагрессивного поведения, по методикам исследования самоотношения В.В. Столина, методика Т. Лири «Изучение межличностных отношений».

Полученные результаты позволили описать специфику образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением, на когнитивном, эмоционально-оценочном и поведенческом уровнях.

Когнитивный компонент у алкоголиков, с аутоагрессивным поведением будет характеризоваться страхом отчужденности, низкой самооценкой, сомнением в способности вызывать уважение, отсутствием тенденций искать причины поступков в самом себе, ожидания негативного отношения к себе со стороны других людей, потере интереса к внутреннему миру, тягой изменения по отношению к наличному состоянию, сомнением в ценности собственной личности, отстраненностью к своему «Я».

Эмоционально-оценочный компонент: результаты t - критерия по методике «Изучения самоотношения» показали наличие значимых различий по следующим элементам: внутренняя честность, самоуверенность, саморуководство, отраженное самоотношение, самоценность, самопринятие, самопривязанность, внутренняя конфликтность.

Таким образом, эмоционально-оценочный компонент алкоголиков с аутоагрессивным поведением будет отличаться от самоотношения лиц, страдающих алкоголизмом, по следующим факторам: неспособностью осознавать значимую информацию о себе, ощущение слабости, сомнение в способности вызывать уважение, плохой саморегуляцией, сомнение в ценности собственной личности, отсутствие симпатии к себе, недостаточное самопринятие, что является важным симптомом социальной дезадаптации, наличием внутренней конфликтности.

При наличии внутренних конфликтов, сомнений, тенденции к чрезмерному самокопанию и рефлексии, протекающих на общем негативном эмоциональном фоне отношения к себе, целесообразным будет нежелание осознавать и выдавать значимую информацию о себе. Неудовлетворенность собой, тяга к соответствию идеального представления о себе, отношение к себе, как к неспособному вызывать уважение, симпатию, одобрение и понимание в глазах других, недостаточное самопринятие, что является важным симптомом социальной дезадаптации, и как следствие – аутоагрессивное поведение.

Поведенческий компонент: наличие высоких различий в реальном «Я» и идеальном «Я» у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением по таким свойствам, как доминирование, характеризуется умеренной выраженностью в реальности, но при этом, присуще желание максимального проявления этого качества в идеале. Выраженными являются также различия в реальном и идеальном «Я» таких свойств как уверенность в себе - желание быть независимым и эгоцентричным в большей мере, нежели на данный момент; представление себя в идеале как более настойчивого в достижении цели – любыми средствами, сопротивляться любому влиянию, быть в оппозиции, обладать высокой самооценкой, в то время как в реальности обнаруживается ущербная самооценка, самобичевание, робость. Присущая в реальной жизни зависимость, незрелость, несамостоятельность в идеальном «Я» находит свое отражение как самостоятельность, независимость, свобода от других. Конформизм в реальном «Я» проявляется в ориентации на мнении окружающих, поиска социального одобрения, а в идеальном «Я» - наоборот, отсутствует боязнь общественного мнения. Отзывчивость и в «Я» реальном и в «Я» идеальном проявляется в норме и характеризуется чувствительностью к поведению других, умеренной опекой над другими. Данные рассогласования приводят к внутриличностному конфликту, который откладывает свой отпечаток на поведение человека и, возможно, приводит к аутоагрессивному поведению.

Итак, гипотеза данного исследования подтвердилась:

- когнитивный компонент образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением характеризуется страхом одиночества, отверженности, чувством вины за свой образ жизни, неуверенностью;

- эмоционально-оценочный компонент образа-Я у алкоголиков с аутоагрессивным поведением представлен наличием внутренней конфликтности, низкой самооценкой, самообвинением, отсутствием самопринятия, самопроивязанности и самоценности, неуверенностью;

- поведенческий компонент у алкоголиков с аутоагрессивным поведением определяется отсутствием способности позаботиться о себе, подчинением, ожиданием помощи от других, совершением поступков, направленных на причинение себе морального и физического ущерба.

В свете вышеизложенного можно сделать предположение, что психотерапевтические и реабилитационные мероприятия для больных алкоголизмом с аутоагрессивным поведением должны включать решение следующих задач:

– помочь больным алкоголизмом с аутоагрессивным поведением в понимании своей мотивации, потребностей и поведения;

– помочь им действовать более адекватно и эффективно в сложных жизненных ситуациях;

– стимулировать понимание не только самого себя, но и других людей;

– способствовать личностному росту и максимальному использованию своих возможностей в жизни;

– научить преодолевать трудности, несмотря на отрицательное к себе отношение и сложные жизненные ситуации;

– помогать больным алкоголизмом с аутоагрессивным поведением формировать реалистическую положительную самооценку и готовность нести ответственность за собственный выбор и свое поведение.

В связи с тем, что проблема специфики образа-Я у лиц, страдающих алкоголизмом, с аутоагрессивным поведением ранее не была рассмотрена ни отечественными, ни зарубежными психологами, наше исследование позволяет сделать первый шаг к изучению данного феномена.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алкоголики о себе. Сборник биографических рассказов выздоравливающих алкоголиков и статей специалистов. - М.: ООО Информационно-издательский центр Информ-12, 1997. – 224 с.

2. Альтшулер В.Б. Патологическое влечение к алкоголю: вопросы клиники и терапии. - М.: «Имидж», 1994. – 216 с.

3. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А. Клинико-психологический анализ суицидов, совершенных в состоянии простого алкогольного опьянения // Актуальные проблемы суицидологи. - М., 1981. С. 203-209.

4. Амбрумова А.Г., Чуркин Е.А. Клиника и профилактика аутоагрессивного поведения при алкоголизме (Методические рекомендации). - М., 1980. - 16 с.

5. Анохина И.П. // Сб. Патогенез, клиника и лечение алкоголизма. — М., 1976. — С. 15-19.

6. Арзуманов Ю.Л., Наговицина И.Л. //Русский медиц. журнал.- 1997. - Т.5.- № 14. - С. 1-8.

7. Балашова Т.Н. Структура аффективных расстройств при алкоголизме: Автореф. дисс канд. псих. наук. - Л., 1987.- 20 с.

8. Белокрылов И.В., Даренский И.Д. Личностные и средовые факторы развития зависимости от психоактивных веществ // Руководство по наркологии (под ред. Н.Н. Иванца), - М.: «Медпрактика». – Т 1. – 2002. – С. 161-181.

9. Белокрылов И.В., Даренский И.Д., Ровенских И.Н. Психотерапия наркологических больных // Там же. – Т. 2. – С. 120-171.

10. Белокрылов И.В. // В сб. Клиническая психология: Материалы 1-й междунар.конф. памяти Б.В. Зейгарник. – М.: Изд. МГУ. – 2001. – С. 45-46.

11. Братусь Б.С. Психологический анализ изменений личности при алкоголизме. - М., 1974. - С.35-45 .

12. Братусь Б.С. // Журнал невропатологии и психиатрии им. С. Корсакова. – 1974. – № 10. – С. 1863-1866.

13. Выготский Л.С. Избранные психологические исследования. - М., 1956. - С. 28-40.

14. Гольдштейн Р.И. Причины смертности больных алкоголизмом // Журнал невропатологии и психиатрии им. С. Корсакова. 1985.Т. 85. Вып. 8. - С. 1235-1238.

15. Гребнев С.А. Психология и психотерапия алкогольной зависимости. - Екатеринбург: Изд-во Урал. Ун-та, 1998. – 64 с.

16. Дериев А.Я. Опыт моделирования дозированного употребления алкоголя при алкоголизме. В кн.: Вопросы ментальной медицины и экологии. Том 99. – 1996. - №2. - С. 70-74.

17. Доктор Богдан Т. Воронович. Алкоголизм: природа, лечение, выздоровление (алкогольный вадемекум)/ Пер. с польского. - М.: ИНФОРМ-12, 1999. - 192 с.

18. Елисеев И.М. Алкоголизм и аутоагрессия // Актуальные проблемы суицидологи. - М., 1981. - С. 185-195



К содержанию номера журнала: Вестник КАСУ №3 - 2007


 © 2017 - Вестник КАСУ